Недостойная

Змея заревела-заклекотала, словно обрадованная успехом, но Арманиус больше не медлил — бросился на неё, сжал шею и вспыхнул огнём, сжигая демона дотла…

Кровь стучала в висках, и всё сильнее чувствовался запах пепла, который всегда ассоциировался у Берта с запахом смерти.

— Берт!! Ты жив, мать твою?!

Защитник, это же голос Альфа. Альф… он погиб спустя два года, когда они боролись с демонами, которые были ветром. Ветром, превращающим людей в лёд.

Эта мысль напомнила Арманиусу, что всё это — сон. Он вздрогнул, ощутив разом и запах пепла, и потоки воды, стекающие по телу Эн…

Эн… Эн.

"

"Сон разделился. Берт оставил своё тело встающим с земли, а сам подлетел ближе, к защитному куполу, под которым лежала грязная, покрытая серой пылью девочка.

Он никогда в жизни не узнал бы её, если бы не глаза.

— … Как, ты говоришь, тебя зовут?

— … Эн Рин. А вас?..

Обрывки полузабытых разговоров вспыхивали в его голове один за одним, один за одним — чтобы больше никогда не забываться.

— … Не плачь. Ради них ты должна быть сильной.

— … Я запомню.

— … Расти большой и счастливой, зеленоглазка…

— … Постараюсь…

И улыбка.

Не такая радостная, как сегодня, но всё же — её.

— Берт?

Он медленно открыл слезящиеся глаза.

— Ты спишь?

Тело было словно ватным и в горле першило, как будто он на самом деле наглотался пепла.

— Нет. — Арманиус сел на диване, моргнул несколько раз — пелена перед глазами пропала — и посмотрел на Эн.

Она стояла в двух шагах от него и смущённо мяла ладонями плюшевый зелёный халат. Улыбалась застенчиво, словно была не уверена в своём праве здесь находиться, тем более в халате.

Арманиус вспомнил свой сон и на мгновение отвёл глаза.

Значит, вот откуда взялось то, что он назвал «детской влюблённостью». Насколько он был прав — одному Защитнику теперь известно, но в одном Берт не сомневался — кто именно её спас, Эн, в отличие от него, помнила все эти годы.

— Садись, — сказал он и замер, когда она тихо спросила:

— Куда?

Логично — кроме дивана, на котором сидел он сам, здесь были два кресла. Да и на самом диване оставалось ещё много места.

Соблазн сказать «сюда» и похлопать ладонью рядом с собой был велик, но Берт сдержался. Неважно, вспомнит Эн когда-нибудь об этом или нет — не стоило использовать её положение для удовлетворения собственных желаний, пусть даже и невинных.

— Куда хочешь. Где тебе больше нравится, туда и садись.

Несколько мгновений она мялась, а потом, к его искреннему удивлению, опустилась на диван рядом с ним.

Но сказать что-то по этому поводу Берт не успел — в углу библиотеки вспыхнул малый пространственный лифт.

— Ой! — Эн подпрыгнула. — Что это?

Выгружая ужин, Арманиус рассказывал о пространственных лифтах всё, что знал.