Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Мины из-за ветра опять сносить будет, а вот «сто двадцатую» так просто не снесешь.

За эти три дня, после интенсивных боев, нам нужно было зализать раны. Параллельно мы стали проводить генеральную уборку территории. По всем позициям было разбросано много магазинов, экипировки и оружия. Я ввел правило «Подарка»: требовал, чтобы каждый боец, который шел греться или за батарейками, приносил с собой пустые магазины, медицину или брошенное оружие. В подвале лежали сотни магазинов для автоматов и десятки красивых ножей фирмы «Кольт» с украинской символикой.

— «Констебль», держи. Тебе «Айболит» подарок передал, — протянул мне финку с немецким орлом боец, который прибежал от Жени.

— Прикольная штука, но жаль домой ее не заберешь, — сказал я. — Нас предупреждали, что холодное оружие с символикой Украины или репликами под немецкий «Вермахт» забрать не получиться.

На третий день я вместе с «Досвидосом» пошел на поиски СВД, которая должна была лежать в том месте, где погиб наш снайпер «Копченый». В случаях, когда дело касалось таких важных вещей как СВД, мне хотелось лично проконтролировать ее поиски.

— Смотри, «Констебль», мина, — предупредил меня «Досвидос».

— А тут растяжка.

Я с пацанами стал осматривать местность и выяснил, что тут каждые десять метров установлены мины направленного действия МОН-50. Пришлось вызывать саперов, которые помогли нам расчистить позицию. Пока они снимали мины, мы нашли четверых мертвых украинцев из 24-й Отдельной мобильной бригады. А вот винтовку мы так и не нашли.

На четвертый день, группа под предводительством «Самолета» выдвинулась в сторону «КСП». Два с половиной месяца при поддержке БТР-80 эту базу пыталась штурмовать «Пятерка», но всякий раз откатывалась назад. «КСП» было забетонировано и сделано по всем законам военной науки. «Горбунок», как и обещал, обрабатывал эту позицию три дня.

Я предполагал, что штурм этой точки дастся нам сложно и со множеством потерь. Это была стратегически важная позиция, на которой находилось большое количество солдат противника, которые держались за нее, как младенец за сиську.

— «Констебль» — «Самолету»? Запрыгнули в окопы и блиндажи. Тут пусто.

— Да ладно? — не поверил я. — «Пегас», пролети над ними и посмотри, может они куда-то в другое место пришли, — обратился я к нему, все еще будучи на рации.

— Обижаешь, командир, — расстроился «Самолет».

— Помашите там чем-нибудь. Пакетом или оберткой от пайка зеленой.

— «Констебль». Вижу их. Они на «КСП».