Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Потери сократились благодаря появлению слаженной работы с нашими «тяжами» под руководством «Горбунка» и благодаря тому, что он договорился с минометчиками тульского ВДВ о взаимопомощи.

С его появлением «тяжи» стали работать и приносить ощутимую пользу. Они порой так накрывали укрепления противника, что нам просто оставалось зайти и зачистить оставшихся украинских военных. Пулеметы и гранатометы стали работать как на заводе — по сменам. Мы всегда имели поддержку с их стороны и, в случае трудностей с продвижением, просто давали им координаты и ждали, когда их точка замолчит.

«Горбунок» где-то раздобыл списанный убитый наглухо 82-миллиметровый миномет 1941-го года и настроил его вместе со своим другом «Пионером». С появлением своего миномета мы почувствовали себя царями горы.

«Пегас» на тот момент тоже стал виртуозным пилотом БПЛА. Он один делал все необходимое. Он жил с нами в доме и работал с верхнего разрушенного этажа. Иногда он там попадал под обстрелы, но всякий раз возвращался и на мой вопрос «Как ты там?» неизменно отвечал: «Нормально».

Он боялся, но делал то, что от него требовалось. А именно это и называется смелость и отвага.

Благодаря тому, что он был вместе с нами, я и Володя могли работать оперативнее.

Посовещавшись, мы решили брать первый блиндаж рано утром. Первыми туда была отправлена пятерка, которую сформировал Женя.

— Красиво идут, — заметил я, когда смотрел с квадрокопте-ра на их работу.

Группа вытянулась в правильную подкову. Бойцы в двойках грамотно прикрывали друг друга, а командир группы прикрывал и командовал парами.

В их задачу входила разведка боем. Они должны были еще в темноте, незаметно подобраться к противнику, выявить количество живой силы и огневые позиции.

Но они вышли на двадцать минут позже и, когда подошли к вражеской позиции, их срисовала птичка. В пылу азарта они стали штурмовать окопы. Впятером напав на окоп с восьмью бойцами ВСУ, они закидали их гранатами и вступили в стрелковый бой с обороняющимися. Один из наших бойцов получил очередь в голову и умер на месте. Второй боец, с позывным «Пруток», получил осколочное ранение и чудом выполз оттуда. Со стороны украинцев были такие же потери. Мы засекли расположение огневых точек, и я дал им команду на отход. Как только они отползли, оттащив раненого на пятьдесят метров, наши накрыли украинскую позицию из гранатометов.

«Прутка» вели через мою позицию, и я успел поговорить с ним три минуты, пока мы ждали ребят Сереги. Из-за ранения в голову и обезболивающих он был немного не в себе.

— Зацепило?

— Немножко. Получается, из-за того, что не успели по времени. Позже пошли, не по плану. Вот и попали в передрягу. Получается, второе ранение за три месяца. Это в голову, — говорил монотонно «Пруток». — В висок через каску.