Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

«Шкериться» на Донбассе значило «прятаться». Это место полностью соответствовало званию схрона. Дальше было еще одно место под названием «Трубы» — огромного диаметра канализационные трубы, которые были проложены под трассой с оборудованной внутри комнатой в пятьдесят квадратных метров. Далее располагался сам завод «Рехау», с его гостеприимными подвалами под цехами. На каждой из позиций был оборудован пост с группой людей, которые передавали друг другу грузы.

Когда мы приехали, у нас не было ни одного технического средства передвижения и вся переноска грузов и тел, осуществлялась вручную.

Первые пять дней группы эвакуации и доставки совершали нечеловеческие усилия, чтобы на передовой было БК, а раненые попадали в госпиталь и оставались в живых. Мороз стоял за двадцатку. Именно тогда первый командир эвакуации получил по голове за то, что его бойцы разбрасывались добром по дороге. Первый мотоблок нам дали пользоваться соседи — РВшники. Это значительно облегчило нам нашу работу.

Я вспомнил, как разговаривал об этом в Зайцево с «Сезамом», куда он приезжал за ранеными.

— Где вы «буханку» нашли?

— В гараже одном стояла, сиротинушка.

А что? У меня же теперь три рукастых механика! — хвастался он. — Херак! Херак! Завелась — поехала. Я же тут вешался первое время.

«Сезам» зло улыбнулся, вспоминая первые дни."

"— Эвакуация в Зайцево пацанов тащит, передают: «Срочно нужно приехать!». Бывало такое, что за сутки восемь рейсов делаешь. А уже спать охота. Глаза слипаются — сил нету! За полчаса долетаешь туда, сидишь ждешь. Эти гребаные прилеты: то там упадет снаряд, то тут. А ты сидишь и ждешь, когда они притащат «трехсотого». Передают: — «Идем пока, жди».

Когда он рассказывал мне это, он переживал и как будто хотел, чтобы я понимал, что ему тут тоже не просто, хоть он и не на передовой. И я понимал и чувствовал вместе с ним эмоциональный коктейль из страха и злости. «Сезам» делал для нашего подразделения не меньше остальных. Он был одной из частей фундамента, на котором держалась остальная конструкция. Человеком, на чьих хозяйственных талантах держалась доставка.

— Сидишь и ждешь, когда притащат. Раньше же пешком все, чтобы не раструсить. Потом мы нашли «квадрик».

Механиков вот недавно нашел нормальных.

Начал потихоньку рукастых собирать. Первый «квадрик» отогнал. Маленький тракторенок сделали. Потом два мотоцикла отогнал на эвакуацию. А сейчас вот сделали два больших трактора!

— Теперь точно будет полегче, чем в тот день, когда танк нас разобрал, — вспоминал я. — Там же тридцать «триста» и шесть «двести» было.

— Это был полный бардак! А самое интересное че? Я же не медик! Хер его знает, правильно их там перебинтовали или нет. Помню, учили, что, главное, это артерии перетянуть.