9
0Он слишком эластичный, скользкий, чтобы не просочиться сквозь оболочки клеток, заполнив собой все йоты свободного пространства…
— Ну, вот, — продолжал ведущий, — материал отснят, работа съемочной группы закончена, но сериал только начинает набирать обороты, причем, столь стремительно, что неизвестно, когда он достигнет предела. Вы могли предвидеть столь шокирующий успех?"
"— «Я знал, что консерваторы, представители крайне правого крыла и определённых религий сочтут его очень спорным. Я знал, что он заденет таких людей за живое, и они будут каким-то образом реагировать. Скажем прямо, о гомосексуальности долгое время в этой стране было неверное представление, в религиозном и политическом смысле, ну, вы понимаете, о чем я? Это относится и к ранее заданному вами вопросу о том, что у меня общего с Реем. Думаю, мы с ним оба видим лицемерие церкви и государства, его соединение в угоду чьим-то политическим целям. Это совсем не соответствует духу этой страны. Я понятия не имел, чем станет этот сериал — останется ли он в эфире, будут ли заказаны следующие серии. Я не знал, появятся ли какие-нибудь критические отзывы на него, достаточно благосклонные, чтобы подтвердить его значение. Думаю, многие из нас считали, что время подходящее, и люди готовы к этому».
— То есть, вы все же рассчитывали на популярность?
— На меня, как и на остальных актёров, по большей части неизвестных публике, ажиотаж вокруг нью-йоркской премьеры свалился, как снег на голову. «Это было ошеломляюще!» Рекламный плакат на Таймс-Сквер потряс меня больше всего. «Когда я увидел этот плакат, это было такое — Господи Иисусе! Они действительно так верят в эту затею, что угрохали столько денег на раскрутку».
— Я слышал определенные мнения о том, что сериал не похож на реальную жизнь, что в нем все утрировано…
— Каждый человек обладает правом на мнение. Что касается меня, то «мне повезло принимать участие в том, что люди смотрят и могут любить или ненавидеть. Мне не хотелось бы быть в сериале, которому гарантирован успех по умолчанию». Для меня эта роль была важна, потому что это серьезная работа, и я хотел с ней справиться. Мне пришлось бороться с собой с самой первой минуты, как только я услышал о пробах…
— Еще бы! — почти воскликнул Рой. — В каком отчаянии надо быть, чтобы взяться за это?
— Ты почти разговариваешь сам с собой, — шепнул Энди.
— Он и сейчас борется, потому что понимает: он — не я. Не удивлюсь, узнав, что переспав с тобой, он решил, что приблизился…
— Боже упаси, Рой, — умиленно улыбнулся парень. — Я его предупредил…
— О чем?
— О том, что это — смертельный аттракцион…
— Что, спать со мной?
— Приближаться к тебе.
