0
0
Кто же он такой?
– Мне такое не нужно.
– Почему?
– Я не продаюсь, – пожимаю плечами.
Сердце начинает приходить в норму.
Кажется меня никто не будет насиловать или убивать!
Хотя…
– Это какой-то глупый ответ. Дурацкий, – взъерошивает волосы.
– Кто сказал продаваться, мммммм? Хотел бы купить, куклу бы себе в… в другом месте бы нашел. Я тебе всерьез предлагаю. Обеспечу все, что мужчина может бросить к ногам женщины.
– У меня есть… Любимый!
Выпаливаю, еще сильнее сжимая кулаки.
– И он! Он вас убьет за такие предложения!
– Так и убьет?
Прищуривается.
Снова меня разглядывает.
С интересом. Как-то иначе.
– Обязательно! Если вы мне что-то сделаете… Или… Или еще раз пристанете с такими предложениями… Или подловите!
– Любимый, значит.
Снова обхватывает подбородок. Вертит мое лицо из стороны в сторону. Как будто что-то прочитать там пытается.
– Любимый, это хреново…
Протягивает задумчиво.
– Очень хреново, девочка…
– Не пытайтесь меня запугать! Он с вами вполне справится! Он и не с такими…
– Я что? Пугал тебя сейчас хоть раз?
Опять вспыхивает. Кипит. Злиться.
– Я, девочка. Пигалиц. Не пугаю. Но расклад хреновый. Очень. Хуже чем даже представлял!
– Почему?
Как-то странно это все. Совсем странно. Даже бояться забываю.
Не пойму его. Совсем.
– Потому, что любимый. Ты не сказала жених, Саида. И это просто пиздец, как хреново.
Смотрит на меня.
Долгим. Странным взглядом.
Как будто рентгеном прожигает.
Воздух со свистом вылетает из раздувающихся ноздрей.
Опускает голову набок.
Как будто и правда прикидывает. Свернуть мне шею или нет.
По-настоящему серьезным становится. Мрачным.
А у меня калейдоскоп мыслей в голове фейерверками взрывается.
Он знает мое имя? Знает про жениха!
Прикусываю губу.
А ведь и правда. Не сказала, что жених есть. И… Когда думала о спасении, видела перед глазами Давида!
– Кто вы?"
"Внутри все холодеет. Это явно не брат той невесты, с которой был тогда Бадрид. Тогда кто? И…
Разве кто-то, кроме нас двоих, может знать, что между нами было?
– Тот, кому ты создала до хрена проблем, птичка. Просто до хрена плюс еще с десяток вагонов. Легче бы тебя было бы сейчас… Блядь.
Шумно вздыхает.
И вдруг просто отпускает меня. Исчезает. Испаряется, как будто его и не было.
И только его хватка на моем подбородке и шее до сих пор ощущается. Напоминает о том, что он был. И неспроста. Все очень и очень серьезно!
А я медленно сползаю по стволу дерева вниз. На траву.
Уже совсем не думаю о том, что вымажу платье так, что его уже никто не восстановит!
Прижимаю ледяные руки к горящим щекам.
До сих пор вижу. Четко понимаю.
В последний момент в его глазах вспыхнуло такое…
Он точно готов был мне свернуть шею. Переломить позвонки одним-единственным щелчком!
Приходится долго посидеть у воды.
Нервная дрожь колотит.
