6
0Так где оно теперь — высокомерие? Вандерфилд облизывал меня взглядом. Сдирал шелк с моего тела. Кусал и трогал.
Пока лишь мысленно.
— Врешь…
Шаг назад — бесславная попытка спастись. От чего? Кого? Его? Себя?
Еще шаг. Доски пола холодят босые ступни. И еще шаг…
Стена позади.
Вандерфилд положил ладони с двух сторон от моей головы. Глаза в глаза. Его легкий, почти неуловимый запах обволакивает и дурманит. Я открываю рот, пытаясь вдохнуть его глубже. Эш смотрит. Как же он смотрит! Я снова на дне реки, тону, но мне это нравится… Потому что знаю — он так близко…
Белье на нем все-таки было. Но оно не скрывало совершено очевидного желания Эша.
Между нами расстояние размером с ладонь.
Еще не прикосновение.
Еще… нет.
И воздуха не хватает. Глупая и злая игра, в которой мне не победить.
— Продолжим? — он тронул кончиком пальца воротник моей рубашки. — И это тоже моя вещь, пустышка. Сними.
И остаться в одном белье?
— Хватит!
Слово сорвалось с губ, и я увидела, как вспыхнули глаза Эша.
Вандерфилд наклонил голову. И сухие губы коснулись моего виска.
— Ты проиграла.
Развернулся, отошел. Оделся. Я дрожала у стены, плохо понимая, что сейчас произошло. Где там Разумная Тина? Или хотя бы более-менее Умная…
Осталась лишь Тина свихнувшаяся!
Оставившая на дне замерзшей реки свой разум!
Не поворачиваясь, Вандерфилд подобрал с пола свою перчатку.
— Кстати, ты права, рубашку я просто выкинул.
И не обернувшись, стремительно вышел.
А я очнулась.
Святой Фердион, я точно сошла с ума! Стою почти голая в какой-то аудитории! А если кто-то войдет? Правда, я никогда и никого здесь не видела, а слой пыли на столах говорил, что помещение заброшенное, но все же…
Бросилась к своим вещам, натянула в спешке. Что я творю? Что вообще со мной происходит? То злюсь, то глуплю… Зачем пыталась что-то доказать Вандерфилду? Да какая мне разница, что думает обо мне проклятый сноб? И почему так задевают его слова и поступки? Пусть подавится своим мнением!
— А рубашку я буду носить, — яростно прошептала я. — Буду!
Глава 16"
"Спала беспокойно, все виделась та стена и Вандерфилд, почти прижимающий меня к ней. И желание, пока не озвученное им. Но в том, что парень обязательно воспользуется моим проигрышем, я даже не сомневалась. Что он заставит меня сделать? Наверняка что-то ужасное и мерзкое…
Произошедшее настолько выбило из колеи, что у меня даже аппетит пропал, и утром я ковыряла кашу без привычного энтузиазма.
Я пыталась сосредоточиться на уроках, но скучная арифметика или хронология не могли завладеть моим вниманием.
«Ты проиграла…»
Высокомерный сноб доказал, что он сильнее. Что может остановиться в любой момент.
