8
0Недавно, вот только что познакомились!
— Ты же в курсе, что молодой девушке нужно быть осторожней? Это не деревня…
Что? Простите, что он сейчас говорит?
Видно, мое изумление настолько велико, что я не могу удержать лицо, потому что Темирхан хмурится, вздыхает и… Прижимает меня еще сильнее в угол! Теперь между нами вообще, практически, нет воды!
Я растерянно оглядываюсь, понимая, что происходит что-то… Неправильное. И что мне как-то надо реагировать… Но как? Сопротивляться? Спрашивать, что он делает? Серьезно? Именно так? Так глупо?
Темирхан, между тем, видно решив, что минутка полезной информации завершена, кладет мне руку на плечо, сжимает, словно хочет привлечь к себе. Или заставить не шевелиться. Не сопротивляться…
В том месте, где он касается меня, обжигает огнем. И кожа раскаляется настолько быстро, что даже больно!
Физически больно!
Мне тяжело дышать, воздуха нет практически, руки бессмысленно сжимают резину волногасителя и бортик бассейна, я вся — сплошное напряжение и звон металла. Меня раскаляют добела… Могу не выдержать, разлететься на куски от перегрева!
Темирхан, похоже, прекрасно считывает мой испуг, недоумение и, черт, тщательно подавляемое желание в глазах, потому что усмехается еле заметно, прежде чем наклониться еще ниже.
К моим полураскрытым в немом протесте губам…
— Темик… А что происходит?
Манерный голос с едва сдерживаемыми нотами ярости разрезает плотную завесь, в которую превратился воздух между мной и Биг Боссом, и заставляет нас одновременно вздрогнуть, осознавая, что мы тут не одни.
Бассейн — общественное место… Но кого когда это тормозило?
Все-таки не зря она русалка.
Так из рук вывернулась, что даже среагировать не успел. Вроде, вот только-только рядом — прижатая в угол, смотрит огромными своими русалочьими глазами, морок наводит. Гипноз какой-то, сумасшествие.
Руки сами тянутся, практически, без команды мозга.
Никогда со мной такого не происходило. Чтоб вот так переплавлялась злоба дикая и желание убивать в похоть. И в другое желание — взять свое и не отпускать ни в коем случае.
От Майи пахнет свежестью, словно опять оказался в том прохладном ставке, что в лесу возле дома тетки Мани. Удивительно просто, голову заволакивает.
Она тонкая такая, и кожа бледная. И веснушки. У нее есть веснушки на плечах и предплечьях. Они ярко выделяются на фоне белой, практически прозрачной кожи.
От желания провести губами по неистово бьющейся на шее синеватой жилке сводит пальцы. Сам себе кажусь каким-то хтоническим чудищем, древним и безумным, обнаружившим нечто настолько ценное, что его необходимо срочно забрать, спрятать ото всех…
И я тянусь, все ближе и ближе. Губы сами собой несут какой-то бред, который даже и не вспомнится потом наверняка.
