8
0Острые пики сосков натянули эластичную ткань старого купальника и видны теперь всем! Позорище…
— Новый знакомый, Майя?
Он с трудом отрывает взгляд от изучения моего съежившегося в воде тельца и смотрит на Павла. Очень пристально и недобро.
Киваю.
— Я — Павел Кондратьев, Темирхан Анварович, — тут же представляется мой собеседник, — мы с Майей обсуждали возможность применения рендеров для продажи квартир физлицам…
— Хорошая тема. Мне нравится. — Спокойно кивает Темирхан, и смотрится это монументально. — Но рабочее время вышло. Или вы рады поработать сверхурочно? Тогда предлагаю завтра предоставить мне отчет по продажам, ваш процент выполнения плана и ваши предложения по улучшению работы. Желательно с презентацией, так полнее воспринимается информация."
"— Э-э-э… — Павел, судя по всему, невероятно обескуражен. И я его понимаю. Не каждый день к тебе запросто в бассейне подплывает Биг Босс и требует отчет по твоей работе. А, с учетом того, что они прежде не были знакомы, складывается ощущение… Манипулирования и даже буллинга начальством своих подчиненных. Конечно, в российских компаниях о таком и не слышали, и, наверно, для Павла это все в порядке вещей…
Понятно, что я думаю о чем угодно, кроме того, как горячо мне от такого близкого присутствия Биг Босса?
Настолько горячо, что, того и гляди, вода между нами вскипит!
— Если вопросов нет, то вы свободны, — спокойно распоряжается внерабочим временем своих сотрудников Темирхан, и Павел, пробормотав мне что-то вроде «еще пересечемся», быстро выпрыгивает из бассейна, словно пингвин, за которым гонится морской лев.
А я остаюсь.
Я не могу так выпрыгнуть, к сожалению.
И не потому, что это будет выглядеть глупо, плевать мне на то, как это будет выглядеть!
Просто рука Биг Босса перегораживает путь.
И сам он приближается на совершенно неприличное расстояние.
Не обращает внимания на то, что бассейн общественное место, в котором нельзя вот так зажимать… Подплывать близко… И ставить вторую руку на кромку, запирая меня в ловушку!
Я упираюсь спиной в угол между стенкой и резиновым волногасителем, растерянно держусь за бортик и затравленно смотрю в темное, мрачное лицо монгольского хана, у которого сейчас попытались отобрать наложницу…
Черт! От этих сравнений, совершенно неуместных, в голове моей становится пусто, а во всем теле — горячо.
Темирхан ничего не говорит, просто смотрит. И не выпускает из угла, куда с такой легкостью сумел загнать.
— Давно знаешь этого парня, Майя? — наконец, тихо спрашивает он.
Мотаю головой.
