И тут – к счастью – Деон догадался изобразить смирение, стереть с лица выражение недовольного разбуженного кота и добавить: – Госпожа желала меня видеть.
– Да, – гордо выдохнула Сандра, мысленно радуясь его сообразительности. – Этот господин проявил ко мне неуважение. Я хочу, чтобы ты преподал ему урок.
– Боже мой, Александра, ну к чему эта демонстрация, – возвёл глаза к потолку Тилоуш, но графиню уже было не остановить.
– Спусти его с лестницы, Деон. Так, чтобы у него больше никогда не возникло желания вернуться в мой дом.
Спокойствие арктического льда во взоре и голосе – кажется, это и дало самый нужный эффект.
– Александра! Позвольте, это уже ни в какие…
– Ни в какие ворота – ваши оскорбительные предложения в мой адрес, милорд, – прошипела Сандра, с удовлетворением наблюдая, как Деон резко заломил лорду руки за спину, вызвав громкий крик боли.
– А ну прекратите! Пусти, грязный пёс!
Тилоуш всё продолжал орать уже вовсе непечатные ругательства, а Деон без малейшего усилия нагнул его в позу шахматного коня и потащил к выходу. Захват рук был настолько стальным, что лорд не мог и дёрнуться, а слабые попытки это сделать вызывали жалобный вой.
Как только они скрылись из виду, направившись в холл, Сандра с облегчением облокотилась о каминную полку. Плечи тряслись от напряжения.
От входных дверей доносилось эхо криков Тилоуша, доставляющих несоизмеримое наслаждение ушам графини.
– Санни! Скорее! Он же его убьёт!"
"Секундный ступор непонимания и взмокшие ладошки. А сообразив, о чём речь, графиня ахнула и полетела на зов, уже не заботясь о тонкости халата.









