Хороший плохой босс

Поэтому прилагала все усилия, чтобы подавить меня: раз отец решил, что мне надо поступать на юридический, я беспрекословно должен идти на юридический. Если отец решил, что я должен сесть на его место и руководить компанией, то я должен стать во главе. Если отец решил, что я должен жениться на Ане, потому что это выгодно для бизнеса, и я не умею пользоваться презервативами, то я опять должен поступить по указке Валерия Воскресенского и никак иначе.

Моя мать ни разу не спросила меня о внучке или о том, как мне живется рядом с навязанной женщиной. Ни-ра-зу. Только о компании, о прибыли, о счетах, о заключенных контрактах.

Хорошо, допустим, в том, что Аня залетела, я виноват (хотя и тут готов спорить: как трахал, а тем более кончал в нее, хоть убейте, я так и не вспомнил), и то, что мать всецело, как обычно, поддержала решение отца, я понять могу. Но простить и понять того, что она совершила…Никогда.

– Я поговорить, – коротко бросаю, едва сдерживаясь.

"– Тогда прошу, присаживайся, – мать царственно указывает рукой на кресла, стоящие друг напротив друга. Плюхаюсь в одно из них, положив руки на подлокотники и сразу же выпаливаю:

– Помнишь, как мы отмечали мой первый успешно заключенный и отработанный контракт?

Я застал мать врасплох, потому что она не понимает, куда я клоню. Ну, конечно, она сотворила чудовищную вещь и тут же о ней забыла. Потому что она заботилась о собственной заднице и пополнении счетов Воскресенских. Только и всего.

– Конечно, помню. Тогда Лиза была еще совсем крошечная. И у отца только – только наметились улучшения. Поэтому мы все скромно посидели дома, а не как положено.

В этом вся моя мать. У нее даже покупка очередного платья от Версаче или еще какого-нибудь модного педика должна пафосно отметиться. Поэтому она, конечно, была недовольна, что приходится дома сидеть за столом, как она выразилась – «как плебеи». Но очень старалась весь вечер скрыть свое недовольство, потому что я улыбался, как идиот, по ее указке, а рядом сидел отец, хоть и в инвалидном кресле.

– Ты тогда выходила в коридор, помнишь? – вкрадчиво интересуюсь, сжимая ладони в кулаки.

Мать слегка бледнеет, но тут же берет себя в руки, высокомерно задирая подбородок.

– Что за допрос, Марк? Ты хочешь меня в чем-то обвинить? – произносит менторским тоном, словно я нашкодивший щенок.

– Хочу, мама. Признайся, это ведь ты удалила сообщение моей девушки о том, что у меня родился сын четыре года назад?

Глава 34 Марк

Надо отдать должное моей матери – актриса она потрясающая. Браво.