3
0
Меня сюда закинуло по какой-то непонятно-невероятной причине, меня отдали в собственность дракону, этот дракон почему-то по-человечески ко мне отнесся, а якобы сестра, наоборот, унизила. Конечно, она потом сказала, что ее используют, но так ли это?
— Мэр от меня что-то хочет, шантажирует и злит регулярно, — жалуюсь я. — Вот сегодня я сдуру пошла за сестрой, а там этот… Гриндорк. И вот пойми, с ним она, или он ею точно так же, как мной вертит.
“А что ему нужно, этому… дорку”, — спрашивает Руди.
Пожимаю плечами и тяжело вздыхаю.
— Если бы я понимала, что именно ему от Роуварда надо, я бы больше понимала, как мне действовать. А сейчас я просто как тупоголовая марионетка.
Я, конечно, пыжусь что-то делать, чтобы сломать планы мэра, но пока что это как возня в песочнице.
“И что он от тебя требует?”
— Обманывать и следить за драконом, — вздохнув, отвечаю я, а в голове звучит голос Роуварда: “Но главное — никогда не ври мне, Марика”.
“Не надо обманывать дракона, он хороший, — ухает Руди. — Расскажи ему все”.
— Дело в том, что если раньше я просто боялась, потому что… потому что он может быть опасен для меня и моей сестры. То теперь я не могу. Мэр использовал на мне артефакт, который не дает ничего рассказать Роуварду.
“А он правда опасен, как ты думаешь? Мне он не показался страшным”.
— Я уже и не знаю, Руди. Он считает менталистов плохими заранее, — говорю я. — А я… И Аурика… Тут все сложно. Но про артефакт и то, что для Роуварда он опасен, мне надо как-то сообщить.
“Не знаю, как, но я уверен, что ты справишься, — глядя на меня своими большими глазами и, как будто даже улыбаясь, говорит Руди. — Ты же такая… волшебная!”
Это забавное заявление Руди вызывает улыбку, и я чешу совенка “за ухом”.
— Марика, — дверь на чердак открывается, а в проеме появляется та самая гостья. — Здравствуй. Ты так быстро сбежала.
Хоть девушку все еще плохо видно, но даже так, в отдельных чертах заметно, что ее лицо лишено высокомерия и озлобенности. Она привыкла улыбаться.
Ну еще бы. Близкая Роуварду девушка должна быть именно такой, светлой, приятной и открытой. Соответствующей ему.
— Прошу прощения, — я встаю с сундука и опускаю глаза. — Чем я могу быть вам полезна?
Сейчас из прислуги в доме же никого. Да и вообще только Улька и осталась, чтобы разбираться с уборкой и прочими домашними делами. Значит, устроить гостью придется мне.
— Вард сказал, что мне нужно у тебя спросить, как мне разместиться на ночь?
Значит, Вард. Просто, коротко, но с нежностью. Во мне возникает желание так же его звать.
— Да-да, конечно, я сейчас перестелю постель его величия, — произношу я, предполагая самое очевидное.
Секунду на чердаке звенит тишина, а потом ее прерывает звонкий смех девушки.
