Эволюционер из трущоб. Том 4

Ведь могла выпасть и совершенно безумная комбинация, превратив его в двухметрового сумоиста, весящего под сотню килограммов в восемь лет. Я утрирую, конечно, но кто знает. Природа любит шутить и порой очень жестоко.

О фехтовании, крепкой хватке и ускоренных рефлексах я догадывался, как и о трудоголизме. Но не знал, что Серёга дальтоник. Рефлюкс — это какие-то проблемы с желудком. А вот предрасположенность к магии усиления было бы здорово развить. Правда, я не знаю, как ему с этим помочь.

По идее, следующее улучшение пирамиды может мне предложить модификатор, позволяющий улучшать доминанты других людей.

Если так, то нужно обязательно его брать. Ведь магию усиления может недооценивать лишь идиот. В прошлой жизни как-то я сражался с магом, который не имел ни одного атакующего заклинания. Этот странный старикан всю жизнь посвятил магии усиления.

И знаете, чем всё закончилось? Ничем. Целую неделю я заливал его бесконечными заклинаниями десятого ранга, перекраивая рельеф. Стирая горы, осушая реки, сжигая леса. А ему — хоть бы хны! Этот козёл усилил регенерацию в несколько сотен раз, и все раны моментально заживали.

Когда я похоронил его под тысячами тонн земли, он укрепил свой скелет и не получил ровным счётом никакого урона.

Проклятье, да я даже создал безвоздушное пространство, чтобы он задохнулся. Но дедок оказался непрост. Использовал все возможные усиления и погрузил своё тело в стазис. Да, да, вы не ослышались! Этот наглец уснул посреди боя. Я сперва решил, что победил, а потом подошел ближе и услышал, что дед храпит. Со злости ткнул ему в грудь мечом, но только клинок погнул, а ему урона так и не нанёс.

С этим хрычом я бы даже не стал связываться, если бы он не промышлял работорговлей.

А когда связался, был безмерно удивлён его живучестью. Пришлось этого поганца замуровать в межпространственном кармане, где он, скорее всего, спит до сих пор. Ладно, это дела давно минувших дней. Сейчас же важно другое.

Серёга — ярко выраженный боец ближнего боя. Фехтование, рефлексы, крепкое телосложение. Из всего, чем он обладает, я хочу магию усиления. Поглотить!

Я почувствовал резкую боль, резанувшую по глазам. Было так неприятно, что я даже зажмурился. А когда открыл глаза, тяжело вздохнул.

Картинка перед глазами заметно потускнела. Кожа друзей стала сероватого оттенка, салат, лежавший в тарелке Лешего, потерял свою цветность и превратился в желтую массу, как и помидоры, которые недавно были красными.

Да уж… Нелегко живётся Сергею. Вместо зелёного и красного он видит желтый. Весь его мир утопает в сером, желтом и синем спектре, других цветов просто нет. Жуть. Нет, жить конечно можно, но насколько же мир однообразен в его глазах?

— Ау! Миха! Ты тут? — позвал меня Леший.

— Да, да.