Брачные ошибки

Пожалуй, обзаведясь знакомыми, я смогу и сам подыскать ей подходящего мужа. Какого-нибудь купца средней руки, для которого сотня золотых – дар небес.». Барон снова усмехнулся, поймав себя на том, как легко он мысленно распорядился сотней золотых.

«Надеюсь, эта девочка все же установила памятник матери…», – эта мысль периодически всплывала у него в памяти все эти годы и, пожалуй, была даже более весомой причиной вернуться в Роттенбург, чем его нелепая женитьба. В конце концов, в Джамире никого особенно не интересовало его семейное положение.

***

Почти семь лет назад шестнадцатилетний господин барон устроился юнгой на корвет «Неустрашимый».

Романтика морских путешествий, которая так влекла юнца, погасла буквально в день отплытия корабля. Юный барон был слишком изнежен любящей матерью, чтобы мужественно переносить тяготы походной жизни. Ему было тяжело всё: и не слишком вкусная пища, которая со временем стала только хуже, и гамак в душном трюме, где даже по ночам кто-то ходил, ссорился или громко храпел. И, разумеется, тяжёлая работа, которой его щедро награждали. А ещё через пару дней, первый раз отведав боцманского линька, он тихо рыдал, спрятавшись за большую катушку смоленого каната.

Первое плавание оказалось не самым тяжким. “Неустрашимый” перевозил войска, и скучающие солдаты, те, которые не слегли от качки, забавлялись с Артом и подкидывали Эрику то кусок белого сухаря, то хрупкий кусочек сахара, а то и мелкую монетку. После высадки войск стало сложнее."

"Втягивался в службу мальчишка тяжело и с большим трудом, сильно теряя в весе почти ежедневно и учась самым обычным, привычным любому матросу делам. Скорее всего, он постарался бы сбежать в первом попавшемуся порту, чтобы вернуться домой под крылышко к жене и Берте.

Только теперь он оценил, как там было замечательно! Никто не заставлял работать, он мог спать в чистой и мягкой постели сколько угодно. У него было время на прогулки с Артом и возможность посещать лавочки, где продавались замечательные сладости! Да что там говорить: даже скромные обеды в доме жены подавались с кусочком мяса или птицы, а на десерт появлялся пирог со взбитыми сливками.

Здесь же частенько приходилось, прежде чем съесть безвкусную галету, долго стучать ею по столу, пытаясь выколотить из нее мерзких червей.

Здесь приходилось тяжело работать, таскать грузы и мыть палубу, тянуть шершавые канаты, срывая свежие мозоли, и даже прислуживать иногда офицерам. Впрочем, таская воду в офицерские каюты и намывая там полы, юнга почти отдыхал. Так что Эрик совершенно точно постарался бы сбежать в первом же порту.

К сожалению, пожилой боцман видел не первого разгильдяя, которого потянуло на морские путешествия. В то, что мальчишка барон, боцман просто не поверил.