Бирюк

Ваше общее физическое состояние совершенно не внушает мне оптимизма. Помимо интоксикации еще и истощение. Явно ведь испытываете проблемы с желудком?

— Я…

— Испытывает, — ответил за меня Николай, видно уловив, что честно сознаваться не намерена. — Рвет ее, сказала.

Сжала зубы, собираясь еще и за это высказать.

— Значит, мой совет — пройти комплексное обследование, обойти всех специалистов.

— Пройдем.

Я уже начала откровенно закипать.

— И не будет лишним начать посещать психолога. Перепады настроения, раздражительность, агрессия — нормальные явления при выходе из зависимости. И какие бы причины ни привели к факту употребления, их нужно проанализировать и тогда легче будет…

— Понял, разберемся. Колбасить ее еще будет?

— Да, некоторое время симптомы будут сохраняться. Очень важно не сорваться.

— Прослежу.

Да я сама за собой прослежу!

— Капаться дома ей можно? — Господи, будто я кошка у ветеринара, а он владелец, которому дают инструкции по уходу.

— Да, вполне.

— Тогда ко мне завтра кого-нибудь пришлешь? Такого, чтобы рот не раскрывал за хорошую плату. Буду очень должен, мужик.

— Послушайте, не на… — не выдержала я. Да сколько же можно!

Николай бесцеремонно накрыл мой рот ладонью, а доктор нервно нахмурился.

— Шаповалов, ну ты… Ладно. Только подведи меня под монастырь! — мотнул он головой, сердито сверкая на нас глазами под мое мычание. — В жизни такого не творил!

— Все нормально, мужик. Просто обстоятельства у нас. Пошли, Сашка.

И он так и потащил меня из кабинета с зажатым ртом. Гневно фыркающую от бессилия.

— Тш-ш-ш, до машины потерпи, Сашк, не ори, — прошептал он мне на ухо, кивнув охране, что бы открывали дверь. — Больница же, нельзя.

И убрал наконец руку от моего рта, но только для того, что бы подхватить и рысью донести до машины. Сунул на сиденье, накрыл тут же по самые ноздри новым пледом и захлопнул дверь.

— Давай, Сашка, — кивнул он, усаживаясь за руль. — Только сильно не напрягайся. Откуда силы, если не ела вон сколько.

— Да ты просто… — у меня от возмущения все слова кончились. — А-а-а-а-а!

ГЛАВА 14

Я ждал настоящего взрыва. Потому что понятно, что я перешел уже все границы терпимости Сашки и у нее есть право проорать мне свою реакцию. Просто смысл чесать языком без доказательств и тем более не дома. Поговорка про уши в стенах не на пустом месте была придумана. Не то чтобы нужно было ее долго скрывать, но сутки-другие на прореагировать хоть чем-то организаторам похищения надо. Мы с Палычем больше двух им не давали. Если не дадут о себе знать дольше, значит, зассали, не дождавшись своих быков назад с подтверждением Сашкиной смерти, и решили не отсвечивать.