7
0Империи живут войнами и завоеваниями. В планах его величества все королевство Соммер и земли по ту сторону моря.
Внутри все холодеет. Черт, хочется присвистнуть. Да у Константина губа не дура! Он юг до сих пор не приструнил, по-честному, радикалы всякие бегают, дороги закрывают, а тут — королевство хочет соседнее. И море пересечь…Нужен ведь флот, нужен порт и верфь, корабли! Какие-то слишком чересчур планы, как по мне.
— Амбиции так и хлещут.
Глен тихо смеется. Опять же, смех его такой, что присоединиться желания не вызывает. Холодный, ядовитый.
— О да. Но при нем ты так лучше не говори."
"— Однако, на его веку такое вряд ли произойдет, — неуверенно произношу я.
Герцог кивает и знающе объясняет:
— Готовит фундамент для преемника. Через лет десять мой кузен вполне может оказаться на троне. Трудно пока говорить, может, ему покажется достаточным то, что уже имеется. Загадывать наперед невозможно.
— Ты поэтому решил насчет развода? — спрашиваю, когда первый шок проходит. Приготовление на всякий случай, вот что это такое.
Слишком все неясно, но в то же время, предупрежден, значит, вооружен, правитель просто так не стал бы делать что-то подобное, как выступать свахой в вопросе брака своего племянника со мной. И потенциальная угроза для радикалов вполне жива, пока есть я, занимающая место герцогини Грейстон. Шпионы соседнего королевства не дремлют, им крайне невыгодно такое положение дел. Руками радикальных идиотов они торопятся поскорее устранить, итак, оказавшуюся между молотом и наковальней бедняжку Еву.
— Отчасти, — уклончиво отвечает Глен, неловко потирая шею.
Я отпускаю его руку и встаю напротив, чтобы четко видеть лицо мужа. Говорил мне не путаться под ногами, не высовываться, но что такое — оказался совсем не страшным. Вспоминаю нашу первую встречу в кабинете, когда я только-только открыла глаза в новом для себя мире, и начинаю понимать, что словно в кривое зеркало тогда глядела, реальность оказалась не такой, какой казалась. И ведь не случайно тогда новоиспеченный супружник допытывался, понимаю ли я смысл этого брака и природу наших с ним отношений. Он знал все с самого начала.
Даже если бы герцог и хотел, вряд ли может быть с такой как я, отбросим страх Глена к прикосновениям к другим людям. Могу понять и его неудовольствие и пренебрежение поначалу женой: кто был бы рад оказаться разменной монетой? Император не только мной как пешкой крутит, собственный племянник у него по рукам и ногам скован.
Но если супруг уверен, значит, развод вполне возможен, иначе муж и вовсе бы не стал его упоминать, — делаю про себя выводы.
— Еще вопрос, — смелею я. Нужно было спросить гораздо раньше. — Почему ты выгнал меня жить в пристройку?
Глен отказывается смотреть прямо мне в глаза. Его уши снова краснеют.
