2
0
— Ты ведь капучино пьешь?
Не помню, когда мы перешли на “ты”.
— Иногда.
— Так… какие у нас сегодня планы? — меняет он тему.
— Десять утра, Матвей, — поясняю ласково. — Пока никаких.
— Да уж, — посмеивается он. — В городе скука смертная, не Москва. Ничего не происходит.
— Тебе так кажется, — заверяю его.
Как бы то ни было, в городе мне никогда не было тесно, а восьмилетний опыт работы в журналистике научил, что всегда что-то где-то происходит. Главное это продать.
— Маргарита Максимовна… — за спиной Матвея вырастает Степан, офисный водитель.
Ура!
Запыхавшись, кладет на стол ключи и документы от моей машины.
— Вот… Все сделал. Машину забрал. Припарковал прямо у входа…
— Степочка, — мурлычу. — чтобы я без тебя делала! Буду должна…
— Ну что вы, Маргарита Максимовна, — краснеет еще больше. — если что надо, только скажите.
Послав ему благодарную улыбку, сгребаю в сумку ключи и документы.
— И… это… — застенчиво лепечет Степа. — Отличный выбор.
— Спасибо, — бормочу.
Отличный выбор, чтобы встряхнуть мое “любимое” болото.
— А что с машиной? — тянет Матвей.
— Ничего, — отрезаю, не желая вдаваться в подробности того, почему моя машина два дня подпирала забор Влада Калинкина.
Во-первых, мне некогда было ее забрать, а во-вторых…
Прикрыв глаза, делаю медитативный вдох.
Просто в задницу все. Безмозглого капитана Стрельцова туда же.
Здоровенный неотесанный чурбан. Кретин.
— Да? — срываю с рабочего телефона трубку.
— Зайди, — слышу отрывистую команду.
Положив на место трубку, встряхиваю прилипшие к затылку волосы и встаю из-за стола.
Две минуты спустя вхожу в приемную гендиректора городского телеканала, отвесив его секретарше слащавое “доброе утро”.
— Садись, — шевелит губами Миллер, указывая подбородком на стул.
Рассевшись в своем кресле, мой руководитель прижимает к плечу ухом телефонную трубку.
Обойдя трехметровый стол для переговоров, опускаюсь на стул и кладу ногу на ногу.
Охлажденный кондиционером воздух его “апартаментов” посылает по моей влажной коже мурашки. Скользнув глазами по широким мужским плечам, одетым в белую рубашку, отворачиваюсь к окну.
Годы Дмитрия Миллера не испортили. Выглядит отлично.
Глубоко, где-то очень глубоко в сердце сжимается капризный участок. Тот, который отвечает за память, видимо.
Полгода назад, когда Дмитрий Миллер объявился в редакции в качестве нового гендира, меня чуть не стошнило прямо на стол.
В восемнадцать мы с ним трахались везде, где приспичит. В основном на заднем сидении его пижонской тачки. Я была влюблена, он говорил, что тоже. А потом он сходил в армию, вернулся и женился на моей подруге. С тех пор у меня нет подруг.
Сейчас Дима — глава семьи, красавец-мужик и успешный руководитель.
