6
0
— Нет, Русалочка, так не пойдет, — настойчиво проговорил я. — Федор или нет, но кто-то сломал тормозную систему автобуса. Славка уверен, что перепроверил все перед выездом. Я ему верю. Что-то здесь не чисто. Не могу уехать и оставить тебя и Васю с Кларой в опасности.
— Ничего с нами не случится, — попыталась уверить Русалочка. — А автобус… Не знаю, не уверена, что его сломали нарочно. Он без того на ладан дышал. Федор Грибов в последние дни притих. Мне приятна твоя забота, но это лишнее. Ты и без того стал героем для меня и для девочек. Одна поимка Бабайки чего стоит.
Она улыбнулась, а пес, словно поняв, что говорят о нем, бойко гавкнул под окнами.
Я видел, что Русалочка пытается выглядеть бодрой и веселой. Но в то же время замечал, что ее что-то тяготит. Нечто такое, чем она не хотела делиться.
— Ариэль, — позвал я. Поднялся с места и, обогнув стол, за которым сидел, подошел ближе. Поднял прекрасную упрямицу вместе со стулом и развернул к себе лицом. Присел на корточки, положив руки ей на колени. Заглянул в лицо. Теперь она не сбежит. — Я не нравлюсь тебе?
— Что ты?.. — охнула она, а на ее щеках заиграл яркий румянец. Кажется, я смутил свою Русалочку. — Ты мне очень нравишься, просто…
Она замолчала. Прикусила нижнюю губу, как будто запрещая себе говорить.
— Что «просто»? — спросил я. — Почему ты отказываешься, Ариэль?
Глава 27
Эля
«Просто мне страшно, — могла бы заметить я. — Очень».
Предложение было заманчивым. Одним из тех, что бывают раз в жизни. От таких не отказываются. И все же я боялась. Андрей замечательный мужчина, известный врач, но он мне никто. Отправиться вслед за ним, бросив насиженное место, дом, пациентов — разве я могла поступить так? Разве могла дать девочкам ложную надежду? Могла ли дать ее себе?
На карту поставлено слишком много.
Андрей не сказал ни слова о любви или привязанности, не позвал замуж. Да я и не надеялась. Прекрасно понимала: такие, как он, не связывают судьбу с такими, как я. Между нами пропасть. Может быть, он хочет меня облагодетельствовать, взять под крыло, как более молодого сотрудника.
Но кем я для него буду?
Подругой?
Любовницей?
И то, и другое одинаково плохо."
"Второе ― потому, что век любовниц недолог, а участь предрешена заранее. Почти всегда. Есть у нас в селе Людочка, погнавшаяся в город за большим счастьем. Любовник наобещал ей золотые горы. Пел про любовь до гроба, несмотря на наличие законной жены. Первое время действительно помогал и содержал. А потом Людочка ему наскучила. Он нашел более симпатичную и молодую. А Люда вернулась в родное село, поджав хвост, точно побитая собака. До сих пор все соседи смотрят на нее косо. Осуждают не только в спину, но и в лицо.
