3
0Потому что нечего подходить так близко! Надо о технике безопасности думать!
— Отойдите, — глухо говорю я, не поднимая головы и продолжая методично работать, — а то брызги крови попадут…
А Каз неожиданно наклоняется, присаживается на корточки прямо передо мной и ловит пальцем за подбородок. Это так внезапно и резко происходит, что не успеваю отшатнуться, замираю, глядя в его черные, полные какого-то сумасшедшего, бешеного веселья глаза.
— Я не боюсь крови, Маруся, — клыкасто улыбается он, — мне просто не нравится, что ты в ней возишься."
"— Это моя работа… — губы под маской едва шевелятся, а взгляд никак не получается оторвать от его лица, смуглого, красивого до умопомрачения… Он гораздо красивее Алекса… Почему я их сравниваю? Они же совершенно разные… Боже… Нельзя быть таким красивым… Это… Преступление…
— Это плохая работа… — так же тихо отвечает Каз, не выпуская моего подбородка, продолжая придерживать легко и одновременно жестко. Так, что не вырвешься.
— Вы ее сами предложили…
— Ты не согласилась на другую…
— Я и на эту не соглашалась… Просто сестра…
Почему я оправдываюсь?
— Я знаю, — кивает он, — вставай…
— Мне надо доубирать…
— Без тебя справятся.
— Нет. Это моя работа. Вы мне за нее платите.
— Я тебе и без того заплачу. Сколько ты хочешь? Сколько тебе надо?
— За что?
— За твое внимание.
Пощечина получается звонкой. А как по-другому, если грязной, окровавленной перчаткой да по наглой физиономии?
И нет, мне не страшно. И не жаль.
Просто есть вещи, которые нельзя прощать и сносить.
Я это не сразу поняла, зато потом выучила “на отлично”.
Учитель попался хороший, с душой учил…
Глава 21
Тишина, упавшая в этот момент на меня, кажется оглушающей.
Словно внезапно у телевизора выключают звук, оставляя только изображение. И изображение это ужасно.
Я смотрю в темные глаза Каза, завороженная стремительно меняющимися эмоциями в них.
Удивление, безмерное, безграничное, словно Каз не верит в случившееся, не допускает ни одной реальности, в которой было бы возможно подобное развитие событий.
После — шок. Он проступает внезапно и быстро пропадает, если бы не отслеживала так жадно, не смотрела в глаза без отрыва, то и не заметила бы.
Ярость, острая, всепоглощающая, страшная. Надо отшатнуться, потому что ударит. Он меня точно сейчас ударит… И я это отчетливо понимаю по безумию в черных зрачках, сменившему ярость.
Я посмела сделать то, чего он не ожидал. И никто не ожидал, судя по гробовому молчанию мужчин вокруг нас.
И я буду наказана.
Алекс бы непременно…
В это момент Каз делает резкое, вообще не уловимое движение ко мне. Отшатнуться не успеваю, да и смысла нет… Достанет. Они всегда достают…
Обреченно закрываю глаза, принимая ситуацию и ответ на нее.
И мир неожиданно переворачивается.
