8
0
— Вы собираетесь принести в жертву козу или исполнить ритуальный танец? — заплетающимся языком выговорил Лео. — Может, хотя бы споете что-нибудь?
— Мы уже проделали все это внизу, — невозмутимо ответил Кэм, протягивая Лео обрывок кожаного ремня. — Закусите это зубами. И постарайтесь не слишком шуметь, пока мы будем трудиться над вами. Мой сын задремал.
— Прежде чем я суну этот кусок кожи себе в рот, — хмуро произнес Лео, — может, скажете мне, где он побывал до меня? А впрочем… — Лео немного помолчал. — Какая разница? Чуть подумав, я решил, что лучше мне этого не знать.
— Если и оттяпаем, — заметил Меррипен, осторожно протирая кожу вокруг раны, — то не намеренно.
— Готов, phral? — услышала Кэтрин тихий голос Кэма. — Держите его крепко, Меррипен. Хорошо. На счет «три».
Амелия с застывшим лицом присоединилась к Кэтрин в коридоре. Прислонившись к стене, она зябко обхватила себя руками за плечи.
Из комнаты донесся глухой стон Лео, а затем напевная цыганская речь Кэма и Меррипена. Их непонятная скороговорка подействовала на Кэтрин успокаивающе.
Ясно было, что, несмотря на действие опиума, Лео предстоит пережить мучительные минуты. Каждый раз, слыша его сдавленные проклятия и хриплые возгласы боли, Кэтрин испуганно съеживалась и стискивала в кулаки разбитые пальцы.
Немного погодя Амелия заглянула в дверь спальни:
— В ране много щепок?
— Вовсе нет, monisha, — отозвался Кэм. — Могло быть много хуже, но… — Он замолчал, раздался приглушенный крик Лео. — Простите, phral. Меррипен, возьмите пинцет и… да-да, вот здесь."
"Белая как мел Амелия повернулась к Кэтрин, и в следующий миг случилось невероятное: потянувшись к компаньонке, она сжала ее в объятиях, как обняла бы Уин, Поппи или Беатрикс.
— Я так рада, что вы не пострадали, Кэтрин, — прошептала Амелия. — Спасибо, что позаботились о лорде Рамзи. — Кэтрин коротко кивнула. Отстранившись, Амелия ласково ей улыбнулась: — С ним все будет хорошо, вот увидите. Он живучий как кошка.
— Хотелось бы верить, — осторожно обронила Кэтрин. — Надеюсь, проклятие Рамзи тут ни при чем.
— Я не верю в проклятия, заклинания и прочие глупости. Если над моим братом и довлеет заклятие, так только то, что он сам на себя наложил.
— Вы хотите сказать… он горюет по Лауре Диллард?
Голубые глаза Амелии изумленно округлились.
— Лео говорил о ней с вами?
Кэтрин кивнула.
Амелия явно растерялась. Взяв Кэтрин под руку, она повела ее в глубь коридора, где никто не мог бы их услышать.
— Что он рассказал?
— Что мисс Диллард любила писать акварелью, — нерешительно ответила Кэтрин.
