В свои девятнадцать, почти двадцать лет она еще ни разу не влюблялась. Все Хатауэи сходились во мнении, что лишь немногие мужчины смогли бы понять Беатрикс и вынести ее причуды. Страстная и непостижимая, как сама природа, она жила, не задумываясь об обычных правилах.
— Иди, позаботься о Лаки, — мягко проговорил Лео. — Думаю, я и сам без труда найду эти развалины.
— О нет, ты не поедешь один, — запротестовала Беатрикс. — С тобой поедет мисс Маркс. Я все устроила.
— Вот как? И она согласилась?
Прежде чем Беатрикс успела ответить, в библиотеку вошла Кэтрин. Изящная амазонка обтягивала ее стройную фигуру.
— Почему вы не надели амазонку, дорогая?"
"— Простите, мисс Маркс, — виновато пробормотала Беатрикс. — Я не могу поехать. Мне нужно остаться с Лаки. Но это даже к лучшему… вы покажете Лео дорогу не хуже меня. — Она одарила Кэтрин и Лео солнечной улыбкой.
Кэтрин нахмурила тонкие брови, глядя на Лео:
— Зачем вам вздумалось посещать развалины?
— Я лишь хотел взглянуть на них. Тьфу, пропасть! Почему я должен перед вами отчитываться? Если вы боитесь ехать со мной одна, просто откажитесь, и дело с концом.
— Боюсь вас? Ничего подобного.
Лео жестом указал на дверь, издевательски пародируя учтивость:
— Только после вас.
Поскольку Саутгемптонский и Портсмутский порты исстари имели важное стратегическое значение, в Гэмпшире насчитывалось немало древних замков и живописных развалин, оставшихся еще со времен саксов.
Лео и Кэтрин ехали вдоль полей цветущего турнепса и пшеницы, мимо клеверных пастбищ, на которых щипали траву тучные белые овцы.
Взбираясь на холм, Лео украдкой покосился на Кэтрин. Девушка грациозно держалась в седле, плавные скупые движения выдавали в ней искусную наездницу. «Эта женщина — само совершенство, — подумал Лео.









