9
0Он сказал, что ты скоро станешь моей новой мамой, будешь со мной играть. А еще что у меня единственного из всех светлых детей будет темная мама. Поскорее бы в школу и всем рассказать! Билли Брайт лопнет! А ты его проклянешь, если он будет обзывать меня картошкой и в этом году тоже? Я тебя очень ждал. А пойдем на крышу?! А ты мне покажешь свои проклятья? А с Билли Брайтом поговоришь?
Проклятый!
Л-л-лайтвуд…
Бен смотрел на меня огромными серыми глазками и улыбался так радостно, что я не смогла ничего ответить.
— Поговорю, — вздохнула я. Проклятый! Лайтвуд! Я с тобой... я тебя... ты пожалеешь!
Мы пошли на крышу, где Бенджамин решил поиграть в догонялки и трижды едва не упал, поскользнувшись на черепице.
Проклятый! Я должна была вредить этому ребенку, а не подхватывать его в последний момент на краю под громкий хохот и восторженное: “Еще!”"
"Потом мы спустились в сад, где посреди клумбы с лилиями нашли Вив. Предательница валялась на спине и грела пузо на солнышке. Грифоньи крылья были раскинуты в стороны, из львиного тела вырывалось довольное урчание, а головой Вив лежала на чем-то светлом — уж не на вещах ли Лайтвуда?.. Раз он ей так приглянулся?
В целом, Вив выглядела намного более довольной, чем когда сидела в подвале Даркморов, не желая уходить, но… предательница! Ушла в дом светлых! Вслед за Лайтвудом! И… наслаждается!
— И тебе не стыдно? — укорила я и тут же воскликнула: — Бенджамин!
Но было поздно. Мальчик уже успел подбежать к Вив и погладить ее за ухом. Урчание стало громче, Вив наклонила голову, потираясь об руку Бенджамина.
Я вздохнула.
Весь в отца. Тут явно тот же дар, что и у Лайтвуда — договариваться со зверями. Темный сказал бы — подчинять, но они же светлые, так что — договариваться.
Ладно.
Попробую по-другому.
Допустим, Бенджамина так просто не возьмешь.
Допустим, что-то внутри у меня как-то неправильно сопротивляется в те моменты, когда я думаю о том, как ему навредить…
Проклятый!
Я как будто сама становлюсь светлой!
Лишь бы никто не узнал, что смеялась над проказами Бенджамина я искренне, а не чтобы усыпить его бдительность.
Со своей… слабостью можно будет разобраться позже. Как и с Билли Брайтом.
Сейчас главное, чтобы все вокруг поверили, что я хочу причинить Бенджамину вред.
— Поиграем в “Гензеля и Гретель”? — невинно предложила я. — Нам понадобится печь. Ты будешь играть за светлых брата и сестру, заблудившихся в лесу, а я — за темную ведьму, которая живет одиноко и ужасно голодна.
— Да! — радостно подхватил Бенджамин. — Пошли на кухню!
— Ты только кричи погромче, — предупредила я. — Так, чтобы все услышали и захотели посмотреть, что мы такое делаем.
