13
0
— Это не мой жених, — растерялась я. Дело было даже не в бесцеремонности вмешательства — просто до сих пор ни один незнакомец не пытался мне помочь. Да и среди знакомых, если уж начистоту, немногим по-настоящему было до меня дело.
— Родители? — нахмурилась рыженькая. — Тогда хуже, особенно если они платят за учебу.
— Нет, это парень, — сформулировала наконец я. — Но не жених. Просто… не сошлись во мнениях.
— Насчет святого писания? — хмыкнула она.
— Насчет места черни в университете. Обмен мнениями прошел слишком оживленно. — Я нырнула в платье, чтобы не продолжать разговор.
— Он хотя бы свое получил? — донеслось мне вслед.
Я кивнула, но оглядываться не стала.
Зря я надеялась, что, пока меня нет, Оливия успокоится и соберется спать, вместо того чтобы возиться с моими вещами. Не тут-то было. Едва дождавшись, пока я развешу на дверцах шкафа промокшую одежду, она протянула мне чистое сухое полотенце и велела:
— Замотай волосы, пусть пока впитывает. И раздевайся. Начнем с исподнего.
Похоже, соседка так и будет нести мне добро, пока не поссоримся. Но на сегодня хватило ссор, поэтому, вместо того чтобы огрызаться, я простонала:
— Исподнее-то при чем? Его все равно никто не видит!
Если она сейчас скажет, как Лидия, мол, найдется, кому показать, меня удар хватит.
— Когда белье сидит пузырем или слишком узко, собираясь в складки или еще что, даже идеально подогнанная одежда будет выглядеть плохо.
— Да какая разница, как оно выглядит! — не выдержала я. — Это на вас, знатных дам, шьют по меркам, а таким, как я, как вору, все впору. Зад прикрыт, по швам не лопается и ладно!
Оливия помолчала, внимательно меня разглядывая, и под этим внимательным взглядом мне стало зябко.
— Лианор, у тебя не так много путей, если подумать, — очень серьезно сказала она. — Ты можешь и дальше к месту и не к месту подчеркивать свое происхождение, напоминая о разнице между тобой и остальными…
— Можно подумать, мне дадут об этом забыть! — фыркнула я.
— Такие, как Бенедикт, — не дадут. Но многие помнят другое. Вместе с дипломом выпускник университета получает личное дворянство, если у него нет потомственного…
В самом деле? Об этом мне госпожа Кассия не рассказывала.
— …а потому будут смотреть на человека, а не на происхождение. Но трудно увидеть человека, когда тебя все время пытаются оттолкнуть. Лианор, извини за прямоту, но вот это твое «я вам не ровня» слишком отдает гордыней.
— Чего?! — возмутилась я.
Придумала тоже, гордыней!
— Того. «Вы не чета мне, балованные детки, родились с золотой ложкой во рту и настоящей жизни не нюхали». Скажешь, не так?
Я скрипнула зубами. Так. Потому что только так я могу сохранить хоть какую-то гордость.
