Шумерский лугаль

Оно упругое, гибкое, как у гимнастки. Груди большие и с розовыми сосками, что здесь большая редкость. В первую ночь Итхи долго мыла меня и возилась с миской, подыскиваю, куда ее удобнее поставить, как будто свободного места в комнате много, а затем еще медленнее раздевалась, оттягивая момент близости. Теперь делает все быстро, иногда даже слишком, я не успеваю насладиться стриптизом. Ей, видимо, сделали внушение, чтобы не кричала громко во время занятий сексом, поэтому сразу подносит ко рту левую руку. Будет грызть ее во время слишком приятных моментов. Кусать меня, несмотря на разрешение, стесняется. Кожа у нее гладенькая, шелковистая и, когда я провожу пальцами по животу, едва касаясь ее, дергается, «стрижет», как у лошади, отгоняющей оводов. На лобке густые заросли. Брить его и подмышки пока не в моде. Промежность горячая и уже влажная. Заводится Итхи быстрее многих северных женщин и смазки выделяет столько, что у меня после процесса, высохнув, член покрывается как бы коростой и зудит. Я ложусь на Итхи, вхожу в нее, сочную и упругую. Правая ее рука хватается за мою напряженную левую ягодицу. Ногти сострижены коротко, но все равно каждый раз оставляют несколько царапин. Я завожу свои руки за спину Итхи, берусь левой за запястье правой, ладонь с растопыренными пальцами которой ложится на ее попку, чтобы задавать такт, а средний палец массирует промежность. Подчиняясь моей ладони, тело девушки движется вверх-вниз, постепенно выходя на нужный мне темп и ускоряясь перед оргазмом. Итхи кончает быстрее, успевает два-три раза. Конвульсивно дергается несколько секунд, скребя короткими ногтями мою ягодицу, грызя другую свою руку и издавая глухие протяжные утробные стоны, потом чуть дольше вяло подчиняется моей руке и, очнувшись, снова включается в процесс. Мы действуем настолько слаженно, будто прожили вместе много лет, а не несколько дней. Тяжело дыша, обессиленный, мокрый от своего и ее пота скатываюсь с Итхи. При этом тело мое кажется мне таким легким, что может взлететь от дуновения ветерка. Наверное, такая мысль приходит в голову и девушке, потому что кладет голову мне на грудь, придавливает к ложу. Всхлипывая и глотая слезы, Итхи начинает говорить быстро-быстро на своем языке. Я не понимаю слова, но знаю, что это песня любви, которую неоднократно слышал от других женщин на других языках.

15"

"Я стою на верхней площадке угловой башни, самой верхней по течению реки. Рядом со мной Мескиагнунна, младший сын энси. То ли этого ботаника приставили ко мне, чтобы учился воевать, то ли меня к нему, чтобы не дал убить. Позади нас три воина — вышедший в отставку профессионал и два ополченца из горожан, которые распределены на эту башню. Она вряд ли будет на острие вражеского удара, поэтому сюда назначили не самых лучших.