Шумерский лугаль

Потом ждут, когда она впитается, и в удобренную и подсохшую землю сажают второй урожай: зерновые, ячмень и пшеницу, или овощи. Поля с зерновые заливают, но уже слабее, еще трижды, а с овощами — по необходимости, умудряясь снять три урожая в год. В водохранилищах и каналах разводят рыбу. Когда воду из них выпускают на поля или в сады, потом ходят и собирают рыбу на грядках или под кронами деревьев. Считается, что рыба, собранная среди финиковых пальм, благословенна богами, и часть ее надо обязательно пожертвовать храму. Сетями из льняных ниток ловит мало кто. В основном используют верши, морды и разного вида вентери, сплетенные из тростника.

На десерт нам подают овечий мягкий сыр и сметану. Первый берут руками с широких мелких тарелок, а сметану, которую подают в глубоких тарелках, вымакивают кусками лепешек, пачкая пальцы и потом смачно облизывая их.

После трапезы я иду в отведенную мне комнату. Минут через пять заходит девушка не старше шестнадцати лет, с темно-русыми волосами, синими глазами и кожей более светлой, чем у шумеров. Зовут Итхи. Она субарейка, захваченная в плен маленькой девочкой и проданная в рабство. Субареи проживают северо-северо-западнее шумеров, в верховьях Евфрата среди гор, покрытых лесом. У шумеров одной пиктограммой обозначаются и слово «раб», и слово «горец», что говорит о многовековой войне между этими народами. Я еще подумал, что, будь у субареев письменность, у них одинаково писались бы слова «шумер» и «раб». Видимо, из-за похожего цвета волос, кожи и глаз ей и приказали обслуживать меня. Итхи принесла большую глиняную миску, наполненное теплой водой, а через плечо перекинуто полотенце. Ставит миску на пол у ложа и начинает мыть мне ноги. Пальцы у нее длинные, тонкие и нежные. Мне кажется, что вместе с грязью с ног стекает и все накопленные за день отрицательные эмоции.

Этот приятный обычай доживет в Азии до двадцать первого века. Причем не только в Юго-Восточной, где, допустим, в тайской массажной прием клиента начинается с мытья ему ног в воде с цветками с дерева Будды. Помню, в порту Туапсе снял я русскую проститутку в ресторане, в котором возле входа стоял цементный орел, символизируя, видимо, внутреннее содержание местных мужчин. Она успела побывать замужем за кавказцем. Рассказала, как каждый вечер мыла ноги мужу и свекру. Потом сочла это занятие слишком унизительным, нашла более престижное."

"Итхи вытирает полотенцем мои ноги, после чего отставляет миску в угол, стягивает через голову рубаху, вешает ее на колышек, вбитый в стену, задувает лампу, заправленную жидкими фракциями из битума, распространявшую запах сгоревшего бензина, из-за чего мне кажется, что рядом проехал автомобиль. Итхи ложится на бок рядом со мной, прижимается теплым телом.