10
0Милый, однако, с характером. Главный авторитет у нашего парня – Мариэль. Носится за сестрой, как хвостик. Души в ней не чает и в рот заглядывает. Впрочем, у Лорана с Мариэль любовь абсолютно взаимная.
А мы с Андрэ смотрим на свою семейную цитадель, на крепкую мастерскую, на разрастающуюся деревню и с улыбкой вспоминаем все свои былые беды и испытания, что довелось пройти.
Кстати, муж тогда, три года назад, нашёл способ, как наказать наших обидчиков больно, хоть и без мордобоя.
Дело можно было довести до суда. Марк, прижатый к стенке собственным импульсивным письменным признанием, не сумел бы открутиться от роли свидетеля. Но Андрэ не хотел, чтобы моё имя «попало в официальную сводку» и трепалось на каждом углу. И так, не знаю уж каким способом, но кое-кто из обывателей прознал, как записной столичный красавчик попытался опробовать свои чары на мне, за что был безжалостно отлуплен кухаркиным полотенцем. Плюс Андрэ ему устроил билет на пожизненную службу в заштатном захолустье, так что Марк своё получил. И, со слов мужа, был даже рад, что для него всё закончилось хотя бы так.
А вот господина фабриканта следовало хорошенько проучить. И здесь Андрэ неоценимую помощь оказали бывшие сослуживцы и наш компаньон Персевальд. Именно он подсказал моему мужу, у кого конкретно ещё имелся зуб на господина Тюрке. Их предыдущие попытки добиться справедливости официальным путём пресекались взятками от фабриканта служителям
Фемиды. Но тут за дело взялся Андрэ де Вильом. Собрал недовольных в кучку, объединил жалобы и жахнул кулаком негодования по столу правосудия. И довёл дело до наказания.
Пусть не по нашей теме, но в зале суда, глядя в глаза изрядно поблекнувшему Тюрке, тихо процедил тому, что это его плата за подлость. В общем, вместо того чтобы, как мечталось, ещё сильнее возвысить свою фамилию, репутация дельца оказалась растоптана разбирательствами и проигранными судами. Ну и в кошельке прохиндея значительно помелело от штрафов и взысканий.
Вот и всё, после такого громкого скандала, чинить нам препоны больше никто не рискнул.
Подоплёку позорной истории Тюрке знали все, кому надо. Андрэ делом доказал, что умеет отстоять свою семью и её интересы.
А наша фабрика потихоньку набирает обороты. Я долго думала, где её вообще поставить, да как наладить, да где взять мастеров, которым ещё нужно будет обеспечить жильё. А потом меня озарила простая и ничем на тот момент не подкреплённая идея: отчего бы не попытаться выкупить уже готовую? Вон у нас в предгорье лён растят и там же изготавливают простецкую ткань.
Поехала на откровенный разговор по принципу «чем чёрт не шутит». Хозяин маленького предприятия был несказанно удивлён моему предложению. Но уезжая от него, я была уверена в том, что чем-то оно его зацепило.
