14
0Лоб кончался сразу над бровями. Моргали дружелюбные глаза.
– Нашей семье повезло, что мы встретили вас.
– Да ну что вы! Вы просто честные люди. Это самое главное.
7Дорис боялась лифтов, поэтому они поднялись на восьмой этаж по лестнице. Сташек перепрыгивал по три ступеньки.
Поругались еще на пороге. Мать – высокая, с каменным кулоном на сморщенной груди – злилась за опоздание. Сташек ответил, что виноват не он, а такси. Сперва одна фирма не могла найти ни одной машины, потом вторая, в третьей водитель заблудился, и они вызвали следующего. Мать ответила, что они могли бы выйти пораньше. Сташеку никогда и в голову не приходило прогибаться под мир. Скорей ожидал обратного. Так он сказал, снимая сапоги."
"Квартира состояла из двух комнат, объединенных в одну. Над складной кроватью висели акварельные пейзажи, привезенные из Рыкусмыку – Собор Мира, замок и рынок. Мать собирала фотографии со всего мира и цветы. Сташек ждал еды и переключал каналы. Мать попросила сделать телевизор потише. Неохотно сделал. На столе оказались карбонат, печеная картошка и салат из свежих овощей. Сташек сказал, что ему такое нельзя. Мать погладила его по голове, и они молча поели; женщина ела понемногу и поглядывала то на Дорис, то на него.
После обеда они перебрались на диван, мать осталась в кресле. Сташек в основном рассказывал об инвестиционных проектах и о том, как здорово все заработают на Магдаленке, а мать кивнула и сказала, что отец думал абсолютно так же, и вот его с нами уже нет.
– Отец это отец, а я это я. Не заботился о себе, курил…
– Пил.
– И это тоже. И фирма была другая. У меня все не так. Ну и вдобавок, что из этого. В худшем случае проживу на десять лет меньше.
– Глупости говоришь. А что ты об этом думаешь? – Мать обратилась к Дорис: – Хотите что-то еще попить?
Дорис покачала головой.
– Каждому надо понимать, когда ему остановиться. Вопрос, пора уже или еще нет. И к тому же Сташек не работает так тяжело, как вы полагаете. Он, так сказать, находится под чутким контролем.
– Ну, я надеюсь. Но несмотря на это… Сынок, ты только посмотри на себя.
– Ты бы хотела, чтобы я бросил это все к чертям. А лучше всего, чтоб я был бедным и сидел тут с тобой. Чтоб мы вместе сидели. Слюнки пускать, глядя на витрины? Отпуск проводить в Сандомире, да?
– Я ничего подобного не сказала. Я боюсь, что ты внезапно лишишься всего. И вдобавок останешься с подорванным здоровьем. А ты упираешься и все тянешь и тянешь эту ношу, на которой уже надорвался и умер твой отец. Которая нас убила, потому что и это тоже правда.
– Да это же продолжение все того же разговора. Что я ни сделаю, все плохо. Плохо, нехорошо, не так. Ну, так что же мне делать? – Сташек поднялся и перешел на крик.
