4
0С полной отдачей крошить гаргулий и красных драконов, выстраивать хитроумные военные кампании и дерзкие вылазки.
И быстро продвигаться наверх в военной карьере. Доказывать себе и всем вокруг, что это я — лучший. Я! А не какой-то белый ссыкун и дохляк.
И всё это работало, ровно до того момента, когда не появилась реальная опасность — потерять её навсегда.
И вот теперь ненависть бесполезна. Казалось бы, теперь-то и нужна любовь. Вот только, как выяснилось, для неё уже слишком поздно.
И мы снова в замкнутом круге, из которого не выбраться.
Она никогда не полюбит. А я никогда не отпущу. И мы возвращаемся к тому, с чего начали.
Если Аурэлия не хочет быть со мной добровольно — я привяжу её силой. Брачные узы крепче рабских браслетов.
Убираю руку в нагрудный карман и достаю маленькую деревянную коробочку, которая кажется игрушечной в моих руках. Крышка с лёгким щелчком откидывается наверх. Внутри фамильный перстень из лунного золота с крупным чёрным бриллиантом в окружении прозрачных, как слеза, бриллиантов поменьше.
После смерти матери он хранился в сокровищнице горных гномов — самом надёжном месте во всей империи. И вот сегодня я забрал его.
Я не стану просить её руки, потому что знаю заранее: откажет. Я просто надену ей это кольцо после того, как всё случится. Брачная церемония будет простой формальностью. У Аурэлии не будет выбора.
Да, неправильно. Криво. Наоборот. Но лучше так, чем навсегда её потерять.
Прячу кольцо, разминаю шею, разворачиваюсь и быстрым шагом иду к лестнице вниз.
Ужинаю снова один, быстро и не чувствуя вкуса еды. Отбрасываю салфетку и встаю из-за стола. Быстрым шагом, перепрыгивая через две ступени, поднимаюсь наверх, в свою комнату.
Тёплая ванна после долгого полёта — то, что целитель прописал. Расслабляет и помогает поймать нужный настрой.
Малейшие сомнения в правильности задуманного исчезают, стоит закрыть глаза и представить Аурэлию. Яркие образы встают перед глазами, словно наяву. Сочные ягодные губы, манящие и мягкие. Нежная кожа бедра, аккуратная грудь, которую видел лишь мельком, когда лечил её спину. И та картинка с тех пор не даёт покоя.
Хочется ощутить её в своей ладони. Заранее уверен — ляжет в неё идеально, потому что для неё и создана.
Одуряющий цветочный аромат, мягкое мерцание плеч, шёлковые волосы.
Сжимаю руку в кулак, борясь с желанием немедленно пропустить их сквозь пальцы.
Разве есть другой путь для меня и для неё? Нет. А значит, всё правильно.
После ванны натягиваю чёрные брюки, белую рубашку оставляю расстёгнутой на груди.
Опускаюсь в кресло, ещё раз щёлкаю крышкой с фамильным кольцом, передающимся женщинам рода Роквуд. Прячу его в карман брюк. Жду.
В четверть десятого отталкиваюсь ладонями от подлокотников кресла и иду к выходу.
