4
0Аурэлия улыбается уголками губ. Сколько раз мечтал я видеть эту её улыбку: мягкую, нежную, обещающую.
Не разрывая зрительный контакт, делаю несколько больших глотков в безнадёжной попытке прогнать во рту сухость волнения. Замечаю, как при этом нервно дёргается уголок рта Аурэлии. Списываю это на её волнение перед близостью.
Она прячет улыбку в бокале, чуть отпивает и снова поднимает глаза. Делает жест рукой в сторону диванчика:
— Присядем? Я бы хотела, — облизывает губы, и снова эта нервная улыбка. — Немного поговорить, настроиться, перед тем, как… в общем, ты понял.
— Можно, — киваю в ответ и первым иду к дивану.
Когда она покорна и ласкова, и мнётся в руках, будто послушный воск, совсем не хочется быть с ней грубым. Хочется дать ей всё, что попросит, и даже больше.
Возвращаю бокал на столик и опускаюсь на мягкий диван. Мигом вязну в пухлых подушках. Раскидываю руки в обе стороны поверх спинки, занимая собой большую часть дивана.
Аурэлия с тихим стуком ставит бокал на столик и садится на самый краешек дивана. Её спина выпрямлена и напряжена, ладони сложены на колени. Она вся словно натянутая струна арфы.
Хочется немедленно коснуться её. Нежно провести ладонью по позвонкам. Борюсь с этим желанием и побеждаю. Сижу неподвижно и просто внимательно за ней наблюдаю.
Аурэлия, будто решившись на что-то, поворачивает голову. Снова эта непривычная дёрганная улыбка, так ей несвойственная. Подозрительно прищуриваюсь, но развить мысль не успеваю.
— Почему ты хочешь этого? — её вопрос повисает в воздухе.
Не спешу отвечать. Поднимаю и опускаю подбородок, обдумывая, как следует, что лучше сказать. Уж точно не правду, чтобы не подняла на смех и всё не испортила. Лучше придерживаться проверенной тактики. Заодно и прощупать всю глубину её смирения, проверить его на прочность, убедиться, что весь этот спектакль — подлинный, а не какая-то её хитровыдуманная игра.
— Почему бы и нет? — небрежно пожимаю плечами. — Я мужчина, ты женщина. Хочу тебя.
— И это всё? — шепчет недоверчиво.
— Да, — отвечаю не задумываясь.
Кивает и выдыхает, будто с облегчением. Тянется к своему бокалу. Глядя на меня, делает глоток. Провожаю взглядом её тоненькую ручку, возвращающую бокал на место.
— Какой-то скучный у нас разговор, не находишь? — усмехаюсь и вытягиваю шею, рассматривая кровать.
Аурэлия вмиг оказывается рядом. Подаётся вперёд, прижимаясь, кладёт прохладные ладони мне на грудь и заглядывает в глаза:
— А что дальше, Райгон?
— В каком смысле?
Хмурюсь в ответ. Её близость, запах её кожи и дыхания, напрочь сносят крышу. С трудом слежу за нитью разговора.
