4
0
— Начнёшь скакать или выкидывать глупости, — произносит сухим деловым тоном, — только поможешь яду быстрее разнестись по организму, так что — лежи смирно и жди. Поняла?
Киваю, а что мне ещё остаётся?
Райгон поднимается на ноги и идёт к двери.
— А ты куда? За целителем? — спрашиваю у его широкой спины в белой рубашке, но дракон игнорирует мой вопрос. Ой, ну и ладно. Подумаешь!
Хлопает, закрываясь, дверь, и я остаюсь в комнате одна. Просто лежать скучно.
Если бы Райгон не напугал меня этими своими «станешь овощем» и «подохнешь», конечно, я бы уже скакала, как он выразился, по комнате и думала, что делать дальше. Но сейчас как-то боязно.
Почему срааазу не сказааала? Передразниваю его сердитый голос. У нас гаргулий в округе сто лет не видели! Откуда мне было знать про этот их яд в когтях?
Шкрябаю ногтем по покрывалу. Зеваю. Глаза начинают слипаться. Сегодня такой длинный день, ужас просто, я так устала… Хочется спа…
— Не спать! — раздаётся над ухом резкий голос, резко вырывающий меня из дремоты, за которым следует отнюдь не ласковый шлепок по щеке.
— Что б тебя! — морщусь словно от зубной боли.
Проклятый дракон снова здесь. Расфокусированным взглядом слежу за тем, как ноги Райгона, обтянутые чёрной тканью брюк, удаляются, затем возвращаются. Дракон несёт в одной руке круглый столик, на котором раньше стояла клетка с Харсом, а в другой стул, так легко их удерживая, словно они совсем ничего не весят.
С небрежным стуканьем опускает столик прямо у меня перед лицом. Кажется, я даже слышу жалобный треск дерева.
— Аккуратнее с моими вещами! — ворчу сердито.
— Ох, лучше молчи, человечка, — рычит дракон. — Просто закрой рот, и всё.
Раздаётся стук в дверь. Райгон уходит и возвращается с серым металлическим тазом, от которого поднимается пар, стопкой чистых полотенец и длинных ровных полосок ткани. Всё это дракон располагает на круглом столике прямо у меня под носом.
Стул Райгон сдвигает чуть дальше, примерно на уровень поясницы. Мне не нравится, что он у меня за спиной, и я не могу его контролировать. А поднимать голову дракон не даёт.
Всякий раз, когда пытаюсь сделать это, он грубо вжимает её обратно в кровать.
Мне не по себе от неизвестности. Что он задумал, что будет делать сейчас?
Слышу звук откручивающейся крышки. Шевелю ноздрями: что за странный резкий запах? Мяты, горьких трав и чего-то ещё… водорослей или рыбы?
— Чем это пахнет? — шепчу хрипло, активно принюхиваясь.
Слышу тяжкий вздох за спиной:
— Это лечебная мазь, человечка. На войне она есть у каждого, а у кого нет — тот не жилец.
Чего он так тяжело дышит? Словно на что-то решается? Что там происходит у меня за спиной? Не вижу…
— Сейчас придёт целитель? — спрашиваю с надеждой.
— Во всей округе лучше меня никто не знает, что делать с ранами от летучих тварей.
