10
0И заодно ещё хлопает дверью.
А у меня от её ответа подскакивает в груди сердце. И, пускай получить наказание за ночёвку вне дома было предсказуемо, слёзы всё равно собираются в уголках глаз. Свою вину я понимаю, но сидеть дома?
Едва не срываюсь, чтобы выпалить маме вслед громкое и протестное: «Нет!»
Но вовремя сжимаю ладони, вдавливая в них ногти. Никакого развития скандала. Нельзя всё усугублять.
Мне ничего не остаётся, кроме как снять кроссовки, поднять брошенный мамой посреди коридора рюкзак и на ватных ногах плестись к себе в спальню.
Я закрываю дверь, прислоняюсь к ней спиной, а через секунду уже стекаю к полу. Усаживаюсь на него и лишь тогда понимаю, как сильно меня колотит.
Тело, голова — да я вся становлюсь какой-то тяжёлой. Что-то я устала врать. Моё враньё как трясина, которая засасывает в себя ещё сильнее при каждой попытке выбраться из неё.
И сколько мне ещё нужно этой лжи, чтобы скрыть то, что происходит со мной за стенами этого дома? Сейчас я вру всем: маме, Соне, преподавателям, что будут спрашивать меня о пропусках. Лгу всем, кроме Тимура.
Тимур!
Мне хватает всего нескольких мгновений, чтобы подорваться с пола, найти в рюкзаке телефон и броситься к розетке с торчащим из неё зарядным устройством у изголовья кровати.
Прямо в грязной одежде сажусь на неё и подключаю мобильный к белому шнуру. Нетерпеливо жду, дёргая ногой, пока разрядившейся до ноля гаджет сможет включиться. И, как только загорается экран, я вижу на нём значок нового сообщения от Тимура.
Пульс подскакивает. Лицо пылает. Губы тут же становятся сухими. Все мамины выпады в мой адрес вдруг кажутся чем-то далёким, когда я открываю сообщение от Горина, отправленное мне более получаса назад.
«Ань, ты где? Уже дома?»
А сам Тимур был в сети буквально только что. Удивительно, что он не спит. Я сразу же пишу ответ:
«Привет. Я дома»
Но отложить телефон не успеваю. Надпись«онлайн»под ником Тимура появляется мгновенно и так же быстро сменяется на«печатает…».
«Не слышал, как ты исчезла. Почему не разбудила? Я бы отвёз тебя до города».
Отвёз до города? Тимур явно ещё не протрезвел, ибо с чего такая щедрость? Со вздохом прикусываю нижнюю губу. А не разбудила я тебя, Горин, потому что никогда не проводила ночь с парнем — даже такую скромную — и понятия не имею, как бы прятала свои красные щёки и уши. Но пишу совсем иное:
«Не стала будить тебя. Тебе нужно отоспаться. Как голова?»
Тимур снова быстро отправляет мне ответ:
«Всё нормально. А как спалось тебе?»
Мне? Мои ладони сразу же становятся влажными, а в груди приятно тянет. За последнее время это был мой самый крепкий и спокойный сон.
