1
0Думаю, мой оппонент тоже не в курсе, но остается весьма доволен.
«Чем бы дите ни тешилось, лишь бы не плакало…» — вспоминаю поговорку своей родной бабушки.
Андрей по своей природе и есть самое настоящее дите. Переросшее, не очень приспособленное к жизни. Хотя внешне и похож на взрослого парня. На вид ему чуть больше двадцати. Думаю, так и есть.
— Что-то у вас тут всё изменилось… — оглядывается он по сторонам.
— Ага! — киваю.
Еще бы… До спальни Марии Ивановны и своей комнаты я добраться еще не успела, но уже прибрала ванную, прихожую и кухню. Мною здесь была произведена такая революция, какую тут вряд ли устраивали — по крайней мере явно не в этом тысячелетии. Я даже отодвигала холодильник, чтобы хорошенько всё промыть. Слава богу, небольшой. Выстиранные и выглаженные занавески радуют глаз, а со столешницы и остальных видимых поверхностей исчезли разные баночки, скляночки с неизвестным и давно испорченным содержимым. Старушка поначалу пыталась возражать, когда я начала выбрасывать ее «специи», которые давно стали прибежищем пауков и моли, потом махнула рукой и проковыляла вон из кухни.
— А чем это у тебя пахнет? — ведет носом бравый ВДВшник.
— Борщом пахнет…
— Э нет! Бабушка такой борщ не варит!
— А я варю.
В этот момент вижу в его глазах то самое выражение, какое нередко замечала в глазах других девчонок из детдома, да что там, я сама с таким выражением проходила всё детство. Это когда смотришь на какую-нибудь вкусную, но чужую еду, очень хочешь есть, в то же время знаешь, что просить не будешь, а сами не предложат.
— Ты голодный? — спрашиваю напрямик."
"Он яростно мотает головой, тут же меняет выражение лица, смотрит злобно, будто пытается сказать: «Что ты, девочка, не нужен мне твой борщ!» При этом подскакивает с места, старательно делает вид, что собирается уходить.
Тоже встаю, молча достаю две тарелки, начинаю накладывать еду. Он замирает на месте, а я спрашиваю как ни в чем не бывало:
— Не люблю есть одна, составишь компанию?
Слышу краем уха, как он сглатывает слюну и плюхается обратно на стул.
Ставлю перед ним тарелку, до краев наполненную густым ароматным борщом, кладу в центр ложечку сметаны, пододвигаю к нему ближе блюдо с хлебом. Сажусь рядом. Сама успеваю съесть от силы треть, а он уже стучит ложкой по дну.
«Вот это скорость! Точно бывший солдат!»
— Хочешь добавки? — аккуратно спрашиваю.
— А можно?
Когда он получает вторую порцию, уже так не спешит.
— Да, не бабушкин борщ! — тянет он слова. — Где ты купила такой вкусный хлеб?
— Я его не покупала, — признаюсь. — Испекла.
— Да ладно! Гонишь! — усмехается он. Потом резко серьезнеет. — Не гонишь? Ты повар?
— Нет, просто люблю готовить.
