1
0
Старушка разговаривает в спальне. Я в это время вожусь на кухне, но отчетливо слышу каждое слово. Интересно, она думает, что на другом конце провода глухие? Зачем же так орать-то?
— Знаю я, что вы полиция, а не милиция, — продолжает она. — Суть дела от этого не меняется! Мне бы Анатолия Ефремовича… Как в отпуске со вчерашнего дня? Он же моих грабителей искать должен! Что? Через две недели?! Ужас какой… Занимаетесь? Да знаю я, чем вы там занимаетесь!
Слышу, как брякают ее костыли. Уронила… За сегодня не в первый раз, и я думаю, что и не последний.
— Мария Ивановна, всё хорошо? — решаю заглянуть.
— Ой, дочка! Ой, что делается! — качает она головой. — Участковый-то наш показания у меня взял, а на следующий день укатил в отпуск, представляешь? Ой, лентяи, ой, охламоны…
— Не повезло! Может, он кому-то ваше дело передал?
— Кому?! Знаю я его напарничка, желторотый юнец от горшка два вершка! Ни силы, ни опыта, ни мозгов, такой разве найдет преступников? Да его самого от этих преступников защищать придется… Ой, горе, ой, судьбинушка…
— Пойдемте чай пить! — зову ее.
Лучше отвлеку, чем она опять заведет старую шарманку. Ее рассказ об ограблении мне набил такую оскомину, что челюсти сводит."
"Помогаю достать костыли, и бабуля ковыляет на кухню.
— Что ты приготовила? — спрашивает она, принюхиваясь. — Пирожки?
— Не совсем, — улыбаюсь в ответ и ставлю перед ней блюдо.
— Ой, а почему они такие плоские!
— Это хычины! Тонкие лепешки с начинкой, жарятся на сковороде. Я сделала с картошкой и зеленью.
— Ух ты! Хычины… кто ж их так обозвал?
Мария Ивановна смело бросается пробовать лепешку.
— Это национальное кавказское блюдо.
— А выглядишь как русская… — фырчит Мария Ивановна. — Хотя фамилия у тебя соответствует…
— Меня удочерили, — сообщаю ей как бы между прочим, и она сразу прикусывает язык.
Пока пьем чай, аккуратно у нее спрашиваю:
— Мария Ивановна, давайте проведем инвентаризацию продуктов.
— Слово-то какое подобрала! Инвентаризация… Чай не на работе! А что там инвентаризировать? Вон, что есть, ты сама видела, а больше там не прибавится до самой пенсии…
Видела, видела… Пустые полки я видела! Гречка — и та в жучках. В морозилке пара рыбных голов, в кладовой несколько килограмм картошки и лука, хоть это есть. Еще макароны, только какие-то паршивые.
— Ты бы с работой-то поспешила, — увещевает меня старушка. — А то сложим зубы на полку, и…
— Не сложим! — обещаю я ей.
Верю ли в свои слова? А что мне остается? У меня две руки, две ноги, даже голова имеется, что-нибудь придумаю. Правда, у меня даже нет мобильного, чтобы позвонить каким-нибудь работодателям.
— Мария Ивановна, можно я возьму ваш телефон? Я у метро газету купила, по объявлениям позвоню…
Старушка смотрит на меня как на умалишённую.
