Неподчинение

А еще Ясмин. Моя чудесная, неповторимая, в самом лучшем смысле этого слова особенная девочка. Даже это идеальное дитя ловили сочувствующие и брезгливые взгляды.

Я не хотела такой доли ещё одному малышу.

А ещё, в самой глубине себя я боялась. Стыдилась себе в этом признаться. Боялась, что все повторится. Вспоминала жаркую чужую страну, которую не мог сделать родной даже цветущий жасмин. Свои отекшие ноги, постоянную изжогу, голод, который я не могла утолить, потому что есть не могла — токсикоз. И ранний, и поздний. Все время. А потом малышка родилась. И я растворилась… И в любви к ней, и в миллиарде своих страхов.

И сейчас не справлюсь. Не смогу.

А теперь…все решается за меня. Я даже сказать ни кому не успела, что решила от своей горошинки, плоти и крови своей, плода моей несчастной, неудачной любви избавиться. Ребёнок сам утекает из меня, капля за каплей, покидает меня алыми кровавым кляксами на ослепительно белом постельном белье. Я смотрю на них и дышать не могу.

Потому что я хочу все назад вернуть, хочу передумать, хочу дать этому ребёнку шанс на жизнь.

— Ну, как же так, — качает головой усатый врач — Как же так? Давайте мы вас скоренько на служебной машине доставим в гинекологию."

"Я упрямо качаю головой и сажусь на стул. Нет, я не враг сама себе. Просто чувствую, как тонка грань, которая меня держит. Тоньше волоса, и готова вот-вот оборваться.

— Руслан…он сейчас придет. Он обязательно придёт.

Твержу, повторяю словно мантру. Он придёт, мой любимый гигант, он поможет мне удержаться на краю пропасти, за которой то, что я уже видела. Я там бывала, не раз. Именно туда, в пучину сумасшествия, меня любезно в спину подталкивал мой супруг.

Руслан пришёл.

У меня не хватило сил даже на улыбку, даже на приветствие. Я только слабо выдохнула и потянулась к нему всем телом. Он понял. Слова не нужны были. Он нёс меня на руках, проигнорировав каталку. А я дышала, сосредоточившись только на этом — дышать, несмотря ни на что.

Я понимала, что меня буквально везут прощаться с ребёнком, которого я сама приговорила. Но мне надо быть сильной. Ясмин нужна мама. Нормальная мама.

Там, уже в гинекологии, в дорогой, элитной даже клинике, в которой меня недавно обследовали, я поняла, что так вцепилась в футболку Руслана, что она впилась ему в шею, оставив на коже красные борозды. Пальцы разжались с трудом.

— Я, — говорю Руслану, когда он заботливо усаживает меня на мягкую кушетку.