4
0Внешность у невыразительная и блеклая и никто в здравом уме не предложил бы за ее тощий зад столько денег. А я человек порывистый и мне не понравилось, как она самонадеянно заявила, что под двух мужиков не легла бы. Вот и посмотрим, какая она принципиальная, когда перед ней будут лежать пачки свеженьких долларов.
— Зачем ты так?
— Затем, что могу, — щурится, — но если тебе так жаль подругу и ты не хочешь ставить ее перед сложным выбором, то мое предложение все еще в силе.
Мне до него не достучаться, а его предложение отработать за Наташу, которая останется в итоге при деньгах, абсурдное. Не настолько я жертвенная идиотка, чтобы за соседку, что не держит язык за зубами, вступаться. Да, пусть сама решает, готова ли она за деньги перешагнуть через свои принципы, но мне в душе гаденько, будто я ее подставляю.
— Под стариков не лягу, — на кухню врывается решительная Наташа.
— Ты не в том положении, чтобы тут условия выдвигать, — Тимур переводит на нее скучающий взгляд. — Что это еще за капризы? Я тебе двести штук предлагаю.
— Я должна на них посмотреть, иначе…
— Иначе ты идешь нахрен, Наташа,— Тимур понижает голос и ухмыляется. — Как принято? Еще одно слово и сделка аннулируется.
— Я хочу приличных мужчин…
Тимур сгоняет меня с колен и встает. Подходит к Наташе и тихо говорит:
— Приличные мужчины, милая, не будут одну женщину трахать, — щелкает ее по носу, — а приличные женщины не торгуются. Что же, придется двести штук спустить в казино, как и планировал.
— Но…
— Я тебе не мальчик, чтобы ты мои слова мимо ушей пропускала. Что я тебе сказал до твоих приличных мужчин?
— Я согласна.
— Этого я не говорил.
— Мне нужны деньги.
— И этого я тебе не говорил.
Наташа всхлипывает, а Тимур, довольный своей выходкой, покидает кухню:
— Пошли, Одинцова, мы и так задержались.
Глава 34. Минутка откровения
— Анют, твой брат вторую машину раскурочил? — на крыльце дома нас встречает Рома с небольшой черной и спортивной сумкой, которую всучивает Тимуру в руки.
— Они уже без надобности, — тот размашисто шагает прочь. — Социальный эксперимент и без денег удался.
— Не понял, — Рома провожает его взглядом.
— Он пытался купить Наташу для своих друзей.
— У него нет друзей, — рома хмыкает. — А мне Наташа не приглянулась.
— Он хотел подложить мою соседку под двух мужиков, — глухо поясняю я. — за двести тысяч долларов.
— Но она надеялась, что это будем мы, — Тимур с улыбкой оглядывается. — Очень оскорбилась, кстати.
— Это все лирика, — беспечно отмахивается Рома и в следующую секунду целует меня.
Я безропотно и без инициативы принимаю его губы и наглый язык. Он отстраняется и вглядывается в глаза:
— Все еще дуешься?
— Нет.
— Тогда скажи, что соскучилась.
— Но это будет неправдой.
