4
0
— Развелись, когда мне было пять лет, — тихо и спокойно отвечаю я. — Последующие несколько лет мама и папа пребывали в непонятных отношениях. Когда он женился во второй раз, мама забеременела Андреем, а он после этой радостной новости женился на другой женщине, а мы по боку.
— Ясно, — Рома медленно кивает. — Вопросов больше не имею.
— Замечательно, — очаровательно улыбаюсь.
Если я и обижалась на отца, то в детстве и в подростковом возрасте. Лет в семнадцать я осознала, что моя злость на него неконструктивна. Что сделаешь с человеком, если он мудак? Ничего. Мысленно похоронить его, кинуть на воображаемую могилу цветы и жить дальше. И, похоже, тот же сценарий ждет и мою маму. Я уже погрузила лопату в сырую землю.
— Поехали уже, — Рома шагает к черной, низкой и хищной тачке, что припаркована почти у выезда со двора. — Невежливо опаздывать на встречу.
Глава 35. Кружева и шелка
— Доброго вечера, — улыбается нам девушка с прямым каре. — Меня зовут Карина и я ваш персональный консультант.
Тимур и Рома притащили меня не куда-нибудь, а в магазин нижнего белья. Элитный магазин. Очень элитный, потому что в огромном главном зале, что утопает в интимном полумраке можно устроить вечеринку для мажоров и никто из них не возмутится тому, что по углам стоят позолоченные манекены в кружевах, а на стенах развешаны трусики с бюстье. И развешаны с выдумкой и не скопом, как в обычных магазинах для простых смертных. Угадывается сложная композиция.
— Кофе, чай, шампанское, господа?
— Виски, — Тимур усаживается на софу, обитую черным бархатом, и вытягивает ноги, откинувшись назад.
— А мне кофе, — Рома ослабляет галстук, — но с коньяком.
Карина нисколько не смущена и щелкает пальцами, и в проеме за незаметной стойкой в глубине зала шевелится тень.
— А вы со мной, — девица вежливо улыбается и грациозно плывет прочь.
Я оглядываюсь на Тимура и Рому, а они мне в ответ строгое:
— Иди.
Начинаю подозревать, что они увидели мои трусы на батарее, но вслух спрашивать не буду. Стыдно. Я незамедлительно краснею, а Тимур и Рома синхронно вскидывают брови. Удивительно. Даже у братьев нет такой связи, как у этих двух.
— Что?
— Ничего, — я мило улыбаюсь и следую за Кариной, которая заводит меня в другой зал, но поменьше.
Тут тоже царит полумрак, но на стенах уже не бюстгальтеры с трусиками висят, а отрезы кружев и шелка разных цветов. Они так хитро декорированы, что волнами друг друга переходят и не видно швов и узлов.
— Мне надо снять мерки, — Карина растягивает портняжную ленту. — Ох, сегодня у наших швей будет бессонная ночь.
— Простите?
— Мы не продаем готовое белье, — мило улыбается и замеряет мою грудь, — и честно сказать, не берем такие срочные заказы. У нас тут очередь из желающих.
