4
0
— Буду, — тоненько отвечает Наташа.
Я перевожу на нее обескураженный взгляд, и она шепчу:
— Или не буду.
— Да ты уже определись, — Тимур хмурится и лопатку перехватывает покрепче.
— А какой правильный ответ? — Наташа сглатывает и вся трясется.
— Любой ответ будет правильным, — Тимур недовольно цыкает. — Мы тебя, конечно, не ждали, но раз пришла…
— Она тут живет! — я топаю ногой.
— Поэтому я с ней максимально вежлив и учтив.
Рома смеется, потягиваясь на кровати. Я хочу плакать и биться головой об стену, потому что я не планировала, что ситуация скатится в подобный абсурд.
— Ань, ты тоже голая, — шепчет Наташа, — и вся в засосах.
Медленно отступаю и запираю дверь, чтобы затем привалиться к ней спиной и истерично хихикнуть. Рома лежит на смятой простыне с принтом веселеньких ромашек, закинув руки за голову, и хвастается утренней эрекцией.
— Проваливайте, — сжимаю кулаки, прошипев каждое слово с ядовитой ненавистью.
— Нас ждет завтрак.
— Вас увидела моя соседка.
— И что? Увидела и увидела, — насмешливо вскидывает бровь. — Визжит она, как поросенок.
— Вы должны уйти, — я готова вот-вот заплакать, но вряд ли слезы проймут того, кто вместе с другом на пару лишил меня невинности.
Закусываю губы и делаю несколько вдохов и выдохов. Они наслаждаются моим стыдом и смущением. Я вчера решила быть продажной шлюхой и пойду до конца. Да, я не ожидала возвращения Наташи, но это издержки моей сделки с двумя подлецами. Если им не совестно, то почему я должна краснеть за их голые телеса и бояться осуждения соседки, от которой я, вероятно, теперь в скором времени съеду?
Я прохожу к шкафу, открываю его и выхватываю из аккуратной стопки чистое полотенце. Накидываю на плечи халат, игнорируя темный и возбужденный взгляд Ромы. Наблюдает за мной, как наглый котяра, за маленькими и суетливым хомяком.
— Не хочешь пошалить?
— Нет, — подхватываю с пола джинсы и футболку Тимура и выхожу, зло прихрамывая.
Заглядываю на кухню и сердито швыряю одежду в голозадого Тимура мятой, который перекладывает из сковороды на тарелки омлет.
— Оденься!
Разворачиваюсь и выхожу, но Тимур нагоняет меня у ванной комнаты. Рывком впечатывает в дверь и въедается в губы. Я во вспышке злобы с рыком кусаю его за язык. Отпрянув, прижимает руку ко рту. На пороге своей комнаты застыла Наташа. Икает и тоже накрывает пальцами губы, будто и ее цапнули. Гордо вскинув подбородок, прячусь в ванной и открываю рот в немом крике отчаяния.
Глава 27. Важный вопрос
Наташа сидит, крепко сжимая чашку с кофе, и круглыми глазами наблюдает, как Рома перебинтовывает мне лодыжку эластичным бинтом, сидя передо мной на корточках. Его, как и Тимура, который скучающе ковыряется в телефоне, ничего не смущает.
— Вы типа… хорошие друзья, да? — спрашивает она и делает глоток.
