4
0Почему мы тебе не нравимся?
Я опять просыпаюсь от визга. Подрываюсь с кровати и озираюсь по сторонам в панике с учащенным сердцебиением. Кто кричит? И почему? Комната, залитая солнцем, пуста, и я торопливо семеню к двери, едва заметно прихрамывая. Неужели соседка вернулась.
Выглядываю. Наташа, моя соседка, вжимается в стену, а у двери, что ведет в ванную комнату замер голый Рома с полотенцем на плечах. Когда из кухни выходит удивленный и нагой Тимур с лопаточкой для жарки, она с воплями оседает на пол. Затем резко замолкает, всхлипывает и шепчет:
— Насилуют…
Потом она смотрит на меня и сипит:
— Беги, Аня…
Моргает, понимает, что я тоже голая, пусть ей видно только мои плечи и голову, и ее глаза округляются.
— Прикройтесь, — рычу я.
Рома торопливо прикрывает хозяйство полотенцем, а Тимур медленно исчезает за дверью кухни:
— У меня омлет горит.
— Господи, Ань…
— Скройся! — рявкаю я на Рому, которому полотенце не особо помогло скрыть наготу.
— Он мужиков, что ли, никогда не видела?
— Видела, — пищит Наташа.
— А чего ты так орешь?
— Но таких не видела, — прячет лицо в ладонях. — Ань, кто это?
— Мои гости, — уклончиво отвечаю я.
— А почему они голые?
— Потому что у них ни совести, ни стыда, — цежу сквозь зубы, многозначительно глядя на Рому, и тот вальяжно проплывает мимо Наташи.
Она убирает ладони с лица и косит любопытные глаза на его задницу. Заметив мой взгляд, она краснеет и отворачивается:
— Нам нельзя звать в гости мужчин. Хозяйка запретила же, Ань… это и в договоре прописано.
Рома проходит в комнату и мимоходом шлепает меня по попе. Наташа резко поворачивает ко мне лицо и подозрительно хмурится.
— Он, что, тебя…
— Нет, — торопливо перебиваю ее я.
— Анют, тебе надо ногу перебинтовать, — Рома валится на кровать, — но ты освежись для начала.
— И завтрак почти готов, — вещает из кухни Тимур. — Твоя соседка будет завтракать?
Наташа медленно встает и по стеночке ползет к двери своей комнаты:
— Ань, — в прихожей она хватает небольшой чемоданчик за ручку и пятится, — мне не нравятся твои гости."
"— А чем это мы тебе не нравимся, — Тимур выныривает из кухни в фартучке на голое тело.
Меня трясет от возмущения и гнева. Какого черта Наташа вернулась именно сегодня? Ее не должно было быть еще как минимум неделю.
— Я слишком громко это сказала, да? — Наташа жалобно смотрит на меня.
Я бы на ее месте тоже струхнула, потому что Тимур в фартуке и с лопаточкой в кулаке выглядит очень пугающе. Его мышцы, пресс и мускулистые руки с ногами никак не гармонируют с милыми розовыми рюшечками фартука. А еще его цепкий и прямой взгляд пронизывает до самой душеньки.
— Завтракать будешь, нет, — строго и холодно спрашивает Тимур, и Наташа в панике всхлипывает.
— Отстань от нее, — сжимаю кулаки.
