Мой милый повеса

Расстегнув сюртук, Харт достал из внутреннего кармана банковский чек.

– Я сделал кое-какие инвестиции в ваши дела.

Тесть открыл было рот, намереваясь что-то возразить, но Харт жестом остановил его.

– Позвольте мне закончить.

Поджав губы, барон коротко кивнул:

– Хорошо. Продолжайте.

– Мой поверенный выплатил ваши долги, все до единого, а кое-какие, которые составили небольшое состояние, я оплатил лично.

Тесть нервно подергал лацканы сюртука.

– Я очень сомневаюсь…

– Набежало в общей сложности примерно пятьдесят тысяч фунтов. Это совпадает с вашими подсчетами?

Барон резко замолчал, потом опустил голову и тихо спросил:

– Что вы хотите взамен?"

"– Вот тут, – Харт помахал в воздухе чеком, – указана сумма, которую вы, вероятно, никогда в жизни не видели. Я готов отдать эту бумагу вам на трех условиях.

Тифтон опять поднял голову, с вожделением взглянув на чек.

– Что за условия?

– Первое: вы используете эти деньги для того, чтобы отремонтировать дом и восстановить хозяйство, чтобы жить в условиях, соответствующих вашему статусу. – Харт оглядел жалкую обстановку.

Барон медленно кивнул.

– А второе?

– Если до меня дойдут слухи, что вы снова играете или как-то иначе проматываете деньги, последствия вам не понравятся.

Тесть хотел что-то сказать, но Харт не позволил:

– Вас больше не примут ни в одном из игорных заведений для джентльменов Лондона, а если вам вздумается отправиться в какой-нибудь низкопробный притон сделать ставку, обещаю, что тут же узнаю. У меня друзья повсюду. Я ясно выразился?

Барон быстро кивнул, совершенно ошарашенный:

– Прекрасно. А третье?

Харт сел поудобнее и заявил, брезгливо взглянув на тестя:

– Если я когда-нибудь услышу, что кто-то из вас говорит с Мэг или о ней в неподобающей манере, вас упакуют вместе с вещами и отправят в Индию.

Барону хватило ума изобразить покаяние, и, сцепив пальцы, он уставился в пол.

– Все понятно.

– Вот и отлично! Очень рад, что удалось поговорить с глазу на глаз. Мне известно, почему вы с моим отцом ненавидите друг друга, но Мэг ничего об этом не знает и я хочу, чтобы так оставалось впредь.

Тифтон откашлялся и поднял глаза на Харта.

– Почему вы это делаете?

Харт обдумал вопрос. Он, может, и не прочь был наказать Мэг за вероломство, но ему совершенно не хотелось, чтобы ее отца убили или отправили в долговую тюрьму: нравится – не нравится, они теперь одна семья.

Были еще кое-какие соображения.

– По какой-то непонятной мне причине Мэг любит вас обоих и ей будет грустно, если вы уедете из страны. Итак, мы обо всем договорились?

– Да, милорд.

– Да, и вот еще что… Если вы позволите себе нарушить условия нашего договора, я сам отправлю вас в Ньюгейтскую тюрьму.