4
0
Мэг набрала полные легкие воздуха и, легонько постучав, нажала на ручку двери внезапно вспотевшей ладонью и неуверенно шагнула в спальню мужа. Он стоял у кровати: без сорочки и сапог, в одних бриджах, – и свет от камина падал на мускулистый живот. Мэг судорожно сглотнула. О, все, оказывается намного сложнее, чем она предполагала. Что, если вдруг он посмеется над ней и отправит восвояси?
Харт обернулся и резко, словно обвиняя, спросил:
– Что вы здесь делаете?
– Я пришла… Я хотела…
Больше Мэг не смогла выдавить ни слова: во рту пересохло, – поэтому лишь стояла и глупо таращилась на его голый торс и кубики мускулов на животе.
Окинув взглядом ее фигуру в полупрозрачном пеньюаре, он жестко уточнил:
– Хотели? Чего именно?
– Я подумала, может…
Опять ничего не смогла выдавить и почувствовала, как краснеет – и, похоже, всем телом под своим бледно-голубым пеньюаром. Вряд ли такое сочетание можно назвать соблазнительным – придется отступать.
– «Может» что? – пробуравил тишину его голос."
"Мэг собрала в кулак все, что осталось от ее куража.
– Может, мы смогли бы…
Харт прищурился так, что его глаза превратились в щелки.
– Вы решили, что я передумал?
Мэг наткнулась на его взгляд.
– А это не так?
Он двинулся к ней, но в шаге остановился, и ей показалось, что муж заколебался.
– Откуда у вас этот пеньюар?
– Люси подарила…
В его глазах сверкнуло пламя.
– Ах, Люси! Ну конечно, Люси! Соучастница в интригах. Все так же старается вам помочь, как я понимаю.
Ох не надо было упоминать Люси! Впрочем… Как там говорила та же Люси? Кураж и смелость?
– Вам не нравится пеньюар? – с вызовом спросила Мэг, вздернув подбородок.
– Наоборот! Кому же такое может не понравиться?
Она проглотила ком в горле, но остановиться уже не могла.
– Думаю, мужу, который решил наказать свою жену за то, чего она не совершала.
– Ничего про таких мужей не слышал.
– Вы не можете пренебрегать мной вечно, Харт!
Мэг осознала, что нельзя было этого говорить, еще не закончив фразы, но ее понесло и гнев оказался сильнее.
– Правда? – пророкотал супруг. И насмешливо приподнял бровь. – Посмотрим.
«Кураж и смелость» – пронеслось у нее в голове. Ни того ни другого уже не осталось, но вот это его «Посмотрим» Мэг восприняла как вызов и тут уж смириться не могла.
Она заставила себе подойти к нему еще ближе и остановиться прямо перед ним, так что ее босые ступни почти касались его ног. Оба смотрели друг другу в глаза, и от жара, исходившего от него, казалось, можно было получить ожог. Затрепетав, она поднялась на цыпочки и прижалась губами к его губам.
Это было все равно что целовать статую: ни его губы, ни его тело не шевельнулись. Харт стоял словно кол проглотил, и она почувствовала себя идиоткой.
