4
0"
"Со ""стрекозы"" сошел человек, и к нему тут же подбежали несколько наемников, кланяясь и что-то говоря. Ох хмурился, отвечал резким голосом — Алина видела его жесткий профиль, недовольно поджатые губы. Затем новоприбывший повернулся, и принцесса замерла. Она узнала его — она видела его, когда выживала в лесу за заливом. Командир ловчих, который огрел плетью подчиненного за невнимательность. Он и сейчас поигрывал ею, слушая наемников, а к поляне один за другим подтягивались их товарищи.
Еще один охонг потоптался вокруг ее дерева и пошел туда, где лежали растерзанные останки Верши. Командир бросил на инсектоида хмурый взгляд. Затем провел взглядом по ее дереву вверх.
Алинка застыла, но он, дернув губами и отвернувшись, направился к раньяру, на ходу отдавая приказы.
Ловчие зашевелились, повели с поляны охонгов. Через несколько минут на ней остался только истерзанный труп последнего защитника принцессы. Раньяра она не видела, но судя по звуку, он с гулом улетал в сторону реки. Солнце должно было вот-вот сесть.
Алина опустила голову, чуть расслабившись. Сил плакать не было. Руки дрожали, губы пересохли. Она потянулась за флягой — пить хотелось ужасно, когда над ее убежищем снова загудело, крона затряслась, а в стенке листа-зародыша, в котором она пряталась, появилась прореха. А затем половину его просто сорвало, оставив Алину на виду у огромной стрекозы. И ее всадника — ухмыляющегося командира ловчих, разматывающего сеть.
Тело все сделало без участия разума — дернулось в сторону, скатилось, слетело с дерева. Алинка, ободрав руки и стесав щеку о кору, оказалась на земле и понеслась прочь, в сторону пульсирующей ей навстречу прохлады.
Через пару десятков шагов на нее откуда-то сбоку выскочил наемник, схватил за крыло — она ударила вторым, вырвалась, покатившись по земле, побежала дальше. Сзади раздалось верещание охонгов, хохот, окрики, и Алина помчалась еще быстрее. Вильнула, еще раз, еще — где-то сбоку пролетела сеть, — снова вильнула, задыхаясь от ужаса. Отпрыгнула от еще одного мужика — но он перехватил ее за талию, и она, как учил лорд Макс, долбанула его затылком в нос, пяткой в голень — но пятка скользнула по сапогу, а наемник, ругаясь, перехватил ее за волосы, тряханул, ударив наотмашь по лицу. Из носа у него хлестала кровь — и Алина, задохнувшись от удара, слепо царапала по его телу.
Рука наткнулась на нож — и она вытащила его и ткнула, не глядя, куда-то вниз.
Наемник заорал, отпустил ее. Нож криво торчал у него из живота, из распахнутой куртки, рукоятью вниз — вошел точно под ребра.
Ловчий рухнул. Алинка, шатаясь, отошла, увидела на своей руке кровь, сглотнула — преследователи окружали ее, настигали — и снова побежала. Защита дышала ей в лицо, манила, звала, умоляла спешить. Должна успеть.
