2
0
Т-с-с, больная тема?
— Барон, вы давно вдовец, у вас нет сына, — я испытываю странное удовлетворение, наблюдая, как каждое моё слово иглой вонзается в его расцветающую грязно-жёлтыми кляксами ауру. — Однако до сих пор вы не женились. И вы не признали официально свою старшую дочь, хотя могли бы выдать её замуж. Брачный договор до сих пор сковывает вас.
— И? Я женюсь повторно после того, как выдам Эшли замуж.
— Половина, если не больше, вашего состояния должна будет отойти леди Эшли-Саманте в качестве приданого, да и наследником титула станет её внук, а не ваш сын.
— Да.
— Полагаете, это устраивает вашу неофициальную невесту? Ваше желание отодвинуть объявление о помолвке на год её насторожило. Леди раздобыла копию вашего брачного договора…
— И решила расчистить путь для своего ребёнка?!
Барон стискивает кулаки, но от ругательств удерживается.
Пару минут он обдумывает мои слова:
— Благодарю, господин Феликс. Вы считаете остальные слуги мне преданы?
— Да, сейчас они на вашей стороне, но это не значит, что на их верность вы можете полагаться в будущем. Полагаю, их до сих пор просто не пытались подкупить.
— Я понял, ещё раз благодарю.
— Я рад, что смог вам помочь, — усмехаюсь я.
— Господин Феликс, я должен вызвать Эшли лекаря. Я буду рад продолжить нашу беседу за ужином.
Я бросаю взгляд на окно. Вечер совсем скоро…
— Барон, я признателен вам за гостеприимство, однако вынужден отказаться. У меня есть дела, о которых я должен позаботиться.
— Понимаю…
Барону безразлично, останусь я или уйду.
Пара вежливых фраз, и мы прощаемся.
Я выхожу из кабинета.
О чём я барону не рассказал и рассказывать не собираюсь, так это о том, зачем южанину понадобилось избавиться от меня.
Я сбегаю на первый этаж, игнорирую лакея, выхожу из особняка.
Ждать предложенный экипаж нет никакого терпения, я отказываюсь. Быстрее прогуляться до начала улицы и взять на проспекте наёмную коляску.
— В храм, — приказываю я извозчику, уточнив, в какой именно, благо леди Эшли-Саманта со слов слуг всегда посещала один и тот же.
Извозчик трогает, и я с трудом удерживаюсь, чтобы не приказать ему поторопиться.
Пожалуй, надо показаться учителю, пусть посмотрит, что у меня с аурой. Я всё ещё не в порядке.
Но прежде я обязательно заберу Асю домой.
Впереди показывается здание храма.
Наконец-то! В начале мысли, что я заберу Асю успокаивали, я смог сосредоточиться на обязательствах перед бароном. Но сейчас, чем ближе подъезжаем, тем труднее мне сдерживаться.
