Дважды коронован

За всю страну Спартак драться не собирался, и рабочий класс его волновал постольку, поскольку нужно было поставить под себя мужиков. И заточки его не пугают. И к своей любимой он хочет вернуться... Лишь бы предстоящий бой не оказался последним.

Строй остановился перед калиткой в высоком решетчатом заборе, огораживающем двухэтажное здание, выбеленное известкой. Колючая проволока над забором, сейчас заключенные зайдут в барак, и калитка закроется на замок.

– Налево! Справа в колонну, по одному!

Зэки входили в калитку организованно, но до двери в общежитие доходили не все. Барбос и Боб свернули в курилку под шиферной крышей, куда от главного входа вела тщательно очищенная от снега бетонная дорожка.

Спартак последовал за ними. Телок, похоже, спешил в теплое здание, но все-таки тоже пошел в ту сторону. И Хруст ко всем присоединился, и Дыня. Собралась целая толпа, но не только для того, чтобы перевести дух через фильтр сигареты; похоже, предстоял серьезный разговор. Вернее, Барбос хотел, чтобы он состоялся. Но события он не торопил.

Спартаку очень хотелось курить, но сигарет у него не было, а попрошайничать он не собирался.

Впрочем, Барбос протянул ему «примочку» без фильтра.

– Я так понимаю, ты пустой, – сказал он, словно оправдываясь. Дескать, не должен угодничать, но положение обязывает.

– «Хабар» на складе, завтра, сказали, выдадут... – выпустив из легких дым, объяснил Спартак. – А завтра опять в кондей.

– Там Абакум сейчас. Его тоже по-черному гнобят, – с угрюмым видом сплюнул на снег Хруст. – Беспредел, в натуре. Ссученные здесь в почете, козлам – воля вольная.

– И много таких? – сухо спросил Спартак.

– Да каждый третий...

– В отряде сколько?

– Ссученных всего трое, – сказал Барбос.

 – Окунь, Финик, Абрек... Окунь авторитетным вором, говорят, был, короновать даже хотели. Но хозяин его сломал. По-черному прессовал, пока не сломал. И Финика сломал, и Абрека... Потому Окунь волком на тебя смотрит. Завидует он тебе, что ты не сломался.

– Значит, знает насчет меня, – сделал вывод Спартак.

– Вот и я думаю, что наводку на тебя дали, – кивнул Барбос. – Сам по себе Окунь – фуфло, но с ним козлы. А это целое стадо. У Медяка в свите четыре бойца, и еще мужиков десять собрать может. Крепких мужиков... Ну, вообще всех мужиков поднять может, потому что власть у него.

Он вообще за отрядного здесь. Его все слушают.

– А ты?

– И я слушаю, – опустил голову Барбос. – Терпеть не могу, но слушаю. Я бы его на воле, падлу, на куски... Но здесь его власть. Если что не так, всех козлов своих впрягает. А если не справится, то и менты подтянутся...

– А бывает, что не справляется?

– Ну, пока вроде не было... Я тут недавно, – пожал плечами Барбос.

– Да, справляется, – скривил губы Боб. – Власть за ним и сила, потому и справляется.