Физиологическую потребность в живой крови он сумел погасить, а вот все остальное… он не-живой среди живых и тяготится этим. Рано или поздно Костя сорвется.
Гесер ждал.
– Он уже сорвался, – сказал я. – Когда убил Витезслава и Инквизиторов… один из Инквизиторов был Светлым, верно?
Гесер кивнул.
– Я все сделаю как надо, – пообещал я. – Мне жалко Костю, но тут уж ничего не поделать.
– Я в тебя верю, Антон, – сказал Гесер. – А теперь спрашивай то, что ты действительно хотел спросить.
– Что вас держит в Ночном Дозоре, шеф? – спросил я.
Гесер улыбнулся.
– Мы все, по большому-то счету, одной грязью мазаны, – сказал я.
Гесер молчал.
"– Это… специально так было задумано? – спросил я. И сам же себе ответил: – Да, наверное. Молодежь, только что инициированные Иные – могли бы не принять общий для Светлых и Темных Дозор. Как же так – идти в патруль с вампиром! Я бы сам возмутился… И вот – созданы два Дозора, низшие чины с азартом ловят друг друга, руководство интригует – от скуки и ради поддержания формы.
Гесер вздохнул и достал сигару. Срезал кончик, закурил.
– Я, дурак, все время думал, – пробормотал я, не отрывая взгляда от Гесера. – Как вообще мы существуем? Вот Дозор Самары, вот Дозор Великого Новгорода, вот Дозор поселка Киреевский Томской области. Все вроде бы самостоятельны. По сути – при всех проблемах бегут к нам, в Москву… Хорошо, это не оформлено де-юре, но де-факто – Московский Дозор руководит Дозорами всей России.
– А также трех государств СНГ… – пробормотал Гесер. Выпустил клуб дыма.
– Хорошо, а что дальше? – спросил я. – Но как взаимодействуют независимые Дозоры России и, к примеру, Литвы? А России, Литвы, США и Уганды? В человеческом мире все понятно, у кого дубинка больше и кошелек толще – тот и заказывает музыку. Но ведь российские Дозоры покруче американских! Я даже думаю…
– Самый сильный Дозор – французский, – скучным голосом сказал Гесер. – Сильный, хоть и крайне ленивый. Удивительный феномен.









