23
0Ну и раковина… вещь полезная во многих жизненных обстоятельствах…
Вытянув из-под полки алюминиевый чемодан, Лас принялся в нем рыться. Через мгновение на столике появилась литровая пластиковая бутылка. Я взял ее, посмотрел на этикетку. И впрямь – кумыс.
– Думал, шучу? – ухмыльнулся мой «сосед». – Очень правильный напиток. Таким будешь торговать?
– Да, именно таким, – брякнул я."
"– Таким не получится, это киргизский. Тебе вообще надо было в Уфу ехать. И ближе, и с таможней никаких проблем. Они там и кумыс делают, и «Бузу». Пробовал «Бузу»? Это смесь кумыса с овсяным киселем.
На столике тем временем появилась колбаска, карбонад, нарезанный хлеб, литровая бутылка французского коньяка незнакомой мне марки «Polignac», бутылка французской же минералки «Эвиан».
Я сглотнул и добавил к снеди свое небольшое подношение. Сказал:
– Давай вначале арманьяк попробуем.
– Давай, – доставая пластиковые стаканчики для воды и две мельхиоровые рюмочки для коньяка, согласился Лас.
– Открывай.
– Твой арманьяк, тебе и открывать, – небрежно парировал Лас.
Определенно, что-то тут было нечисто!
– Давай лучше ты, – брякнул я. – У меня никогда не получается ровно налить.
Лас посмотрел на меня как на идиота. Сказал:
– А у тебя серьезный подход. Часто на троих соображаешь?
Но фляжку все-таки взял и начал откручивать колпачок.
Я ждал.
Лас пыхтел, морщился. Перестал откручивать и внимательно осмотрел крышечку. Пробормотал:
– Присохла, похоже…
Вот тебе и замаскированный Иной!
– Давай, – сказал я.
– Нет, подожди, – возмутился Лас. – Это что, такая высокая сахаристость? Сейчас…
Задрав подол футболки, он схватился за крышку и, напрягая все жилы, крутанул.
– Пошла-пошла!
Раздался хруст.
– Пошла… – неуверенно продолжил Лас. – Ой…
Он смущенно протянул ко мне руки. В одной была стеклянная фляжка. В другой – крышечка, плотно навернутая на обломанное горлышко.
– Извини… блин…
Но уже через мгновение во взгляде Ласа мелькнуло что-то вроде гордости:
– Ну и силища у меня! Никогда бы не подумал…
Я молчал, представляя себе лицо Эдгара, лишившегося полезного артефакта.
– Ценная вещь, да? – виновато спросил Лас.
– Ерунда, – пробормотал я. – Арманьяк жалко. Туда же стекло попало.
– Это ничего, – бодро сказал Лас. Снова нырнул в чемодан, оставив изувеченную фляжку на столе. Достал носовой платок, демонстративно сорвал с него наклейку: – Чистый. Ни разу не стиранный. И не китайский, а чешский, так что пневмонии можно не бояться!
Сложив платок в два раза, он обмотал им горлышко и невозмутимо разлил арманьяк по рюмкам. Поднял свою:
– За проезд!
– За проезд, – согласился я.
