Боярышня Евдокия 4

— Молодец, что понимаешь это, — похвалил её дед и с досадой добавил: — Иным проще оболгать кого-то или расстроить чужое дело, нежели честь по чести службу нести.

Дуня кивнула, подтверждая, что думала об этом, но продолжать тему завистников не стала. Ей хотелось посоветоваться о другом.

— Князь поручил мне приглядеть за Еленкой, дочерью Ивана Владимировича, — понизив голос, сообщила она. — Ему не нравится её интерес к князю Дмитровскому Юрию Васильевичу.

— Какого Ивана Владимировича? — не понял Еремей. — А, Ивана Лыко-Оболенского! — догадался он. — Тут скорее интерес самого Ваньки к дмитровскому князю, а не его дочери, — задумался боярин, неспешно ступая по мостовой Кремля.

— Деда, это ж про боярина Лыко-Оболенского болтают, что с его земель люд бежит?

— Болтали, — уточнил Еремей. — Сейчас тихо стало. Князь всем жалобщикам укорот дал.

— Укорот дал жалобщикам из простого сословия или жалобщикам боярам? — уточнила Дуня, помня, как несколько лет назад землевладельцы пытались заставить князя принять закон о закрепощении крестьян.

Они ещё в пример приводили литовско-польское княжество. И ведь не постыдились, пришли и прямо пожаловались, что люди бегут от них, бросая дома!

Еремей покосился на внучку, недовольный тем, что она вернулась к болезненному для думы вопросу. Князь тогда четко обозначил свою позицию, дума большинством голосов поддержала его, но недовольные решением не смирились, затаились и до сих пор меж собой злобу тешат. Кошкин тихо шепнул Еремею, что некоторые посматривают в сторону братьев князя, думая, не сговорчивее ли они будут, коли посадить их на великокняжеский стол.

И внучке лучше держаться от этого подальше. Поэтому Еремей сурово бросил ей:

— И тех, и других, — и насупил брови.

Дуня сразу же уловила испортившееся настроение деда и благоразумно вернулась к поручению князя насчёт боярышни Еленки Лыко-Оболенской. Прижавшись, чтобы быть поближе к дедову уху, она поделилась сомнениями.

— Зачем Иван Васильевич разрешил Еленке ехать в удел Юрия Васильевича, если ему не по душе это? Что за блажь?

Еремей с досады чуть не сплюнул, поняв, что всё же придётся поведать внучке о нехороших разговорах среди некоторых бояр и служилых князей. Опасаясь сказать лишнего, он не сразу ответил, а когда решился, то огляделся и только потом наклонился к уху внучки:

— Не ладно у нашего князя с братьями.

Дуня широко открыла глаза и так же тихо спросила:

— Юрий же вместе с ним на Новгород ходил, а недавно супротив хана Ахмата стоял. Люди хорошо о нём говорят.

Еремей Профыч согласно кивнул и даже пояснил, как дело было:

— Он с князем Верейским вовремя на подмогу Челяднину и Беклемишеву подошёл. Там ещё подоспел и самый младший брат нашего князя Борис Васильевич.