12
0
Мощеные мостовые, портики, множество людей, повозки, носилки, вечная сутолока…
Сопровождающие Сергея бойцы активно вертели головами, несмотря на полцентнера дополнительного веса за спиной. Почти все ходили с Сергеем к франкам, где тоже кое-какая имперская архитектура имелась, но в сравнении с Константинополем тот же Руан — просто деревня с частоколом вокруг.
Трани мимоходом подставил ладонь под струйку воды, льющуюся из клюва каменной птички-фонтанчика. Удовлетворенно кивнул. Пить можно.
От двух десятков вооруженных варваров римский народ шарахался. Заранее. Не дожидаясь, пока путь расчистит пара здоровяков — слуг из дома Пиперата, вышагивающих впереди.
Возы тоже поспешно сворачивали к краю улицы, один даже в сточную канаву съехал.
Пару раз навстречу попались аристократы — носилки с занавешенными окнами, с которыми просто разминулись, и кавалькада из дюжины всадников. Главный, судя по всему патрикий, придержал коня, с интересом глядя на странного иноземца, сопровождаемого огромными северянами. Сергей приветствовал его взмахом руки: равный — равного. Аристократ после секундной заминки ответил тем же.
В воздухе смешивались запахи еды и нечистот. Из открытых дверей храма пахнуло ладаном. Сергей подавил рефлекс: осенить себя крестным знамением. Неуместный жест для варяга. Главное, свои-то как удивятся. Хотя… Пусть привыкают. Сергей перекрестился. Здесь ему снова предстоит стать христианином. Официально.
— Вот скромный дом моего господина! — торжественно сообщил проводник.
Пришли.
— Убийца, отдай свой мешок Хрейну, — распорядился Сергей по-нурмански. — Будешь моим кентархом, сотником то есть.
Дом, да. Скромный. Трехэтажная громадина с портиком, колоннами, статуями и прочими атрибутами.
У Сергея в прошлой жизни тоже был похожий, только на набережной. «Нет, все же мой был попроще», — решил он, когда вошли внутрь, миновали пару залов и оказались в уютном зеленом дворе с приличных размеров бассейном, посреди которого две каменные обнаженные красотки обливали друг друга водой из кувшинов.
Патрикий Пиперат ждал.
Обнимать не стал."
"Даже руки не протянул. Ограничился формальным приветствием: равный равному. И на том спасибо.
Грозную свиту Сергея патрикий принял, мягко говоря, без восторга. Полагал, наверное, что росс возьмет с собой пару человек. А тут две декурии. Возмущаться, однако, не стал. Политик. Только уточнил:
— Кто-нибудь из них говорит по-ромейски, архонт Сергий?
По знаку Сергея Лука сделал шаг вперед.
— Разместишь их в левом крыле, — велел патрикий слуге. — Там, где гостевые для младших.
— Лука, проконтролируй, — сказал Сергей Ореусу по-ромейски. И, патрикию: — Лука Ореус — мой декарх. А вот кентарх.
