4
0никого важного, – лгу я.
Джерард смотрит на меня, приподняв брови.
– Твоим первым был парень? – я киваю. – Но ты же был таким молодым.
– Был, – соглашаюсь я, – и в течение долгого времени я не думал, что когда-нибудь снова смогу всё чувствовать.
Он роняет карандаш.
– Пэнси, ты просто грёбаный ребёнок, знаешь это?
И мне как-то удаётся засмеяться, потому что с ним я честен, честнее, чем с кем-либо за всю свою жизнь.
Ещё пара минут проходит в тишине. Они превращаются в десять, затем в двадцать. Я сосредотачиваюсь на том, чтобы оставаться хорошим натурщиком. Я так стараюсь, что начинаю дрожать, а мышцы от напряжения застывают.
– Подними глаза, – говорит Джерард. – Нет, на меня, – и я подчиняюсь. Я смотрю прямо ему в глаза, до сих пор не решив, карие они или зелёные при этом освещении, стараясь оставаться неподвижным, но я всё ещё дрожу. Это даже не сразу приходит мне в голову, что, может быть, я дрожу из-за той правды, которую только что открыл ему. Может быть потому, что я боюсь того, что он узнает больше, и я окажусь просто засранцем из-за того, что всё скрывал. Может быть, потому, что я на самом деле очень голодный.
Может быть потому, что в этот момент мы смотрим друг на друга с такой убивающей честностью, что я боюсь потерять себя. Мне, может и не нравится то, кем я являюсь, но это всё, что у меня есть. И потерять то, что повреждено, значит потерять себя полностью. И вот что пугает меня сильнее всего в тот момент, пока его сухие губы складываются в кривую усмешку, которую я так люблю.
– Давай сделаем перерыв, – предлагает он, тихо поднимаясь со стула. Я остаюсь неподвижным, пока он подходит и залезает на кровать, встречаясь со мной посередине. И может быть, позже я буду отрицать, что был тем, кто подался вперёд первым, но когда наши губы встречаются, это те губы, которые я, безусловно, неумолимо люблю.
*ОКР - Обсессивно-компульсивное расстройство, при котором человека постоянно что-то тревожит. Типичное поведение, связанное с ОКР, это когда человек многократно моет руки, делает одни и те же вещи.
История моей жизни
Помните, я говорил, что самая страшная вещь - просыпаться в чужой постели? Ну, так вот, я поменял своё мнение. Как я только что узнал, гораздо страшнее просыпаться в собственной постели рядом со спящим парнем, к которому ты испытываешь первые безотчётные чувства. Давайте назовём это слепым увлечением, за неимением лучшего слова."
"Мой будильник, поставленный на 6:30 однообразно звонит, я поворачиваюсь в своей кровати и встречаюсь с тёплым дыханием Джерарда на своей щеке. Не только с ним, но ещё и с его рукой, змеёй обвивающейся вокруг моей талии и легко сжимающей моё бедро во сне. На ум приходят его вчерашние слова. ""Фрэнки, этим вечером я собираюсь позаботиться о твоей безопасности"".
