4
0"Босиком по небу
Пролог
Я верю в добро, я верю в любовь
И верить буду…
Л. Трубецкой
Я стою, не в силах пошевелиться. Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Раздавлена. Убита. Мои чувства, сердце и душа были безжалостно растоптаны и вымазаны в грязи. Настолько, что не было сил ни плакать, ни кричать. Единственное, чего мне хотелось в этот момент – это блевать, глядя на то, как полуголая секретарша скачет на моем мужчине и стонет, как грязная шлюха. Прижав ладонь ко рту, едва сдерживаю рвотные позывы. Мозгом понимаю, что надо собраться с силами и бежать, но тело отказывается слушаться, я словно приросла ногами к полу. В этот момент Соня устремляет на меня взор своих блядских глаз, и в них плещется торжество. Ее губы растягиваются в ехидной ухмылке. Она победила. Победила в борьбе за моего Кирилла, которую начала вести со мной, стоило мне появиться на горизонте в жизни ее босса - моего мужчины. Уже не моего, потому что в мои жизненные ценности не входит всепрощение. Тем более измены.
Зачем? Зачем было тащить секретаршу в кабинет, зная, что я вот-вот приеду?! Хоть бы дверь закрыли, а то весь этаж теперь в курсе их неуставных отношений. Да, наверное, все давно все знают, это только я ходила в розовых очках и не замечала очевидного. Доверяла. Верила. Несмотря на то, что давала себе слово. И наступила снова на те же грабли, которые треснули меня по лбу.
Если посмотреть со стороны на всю ситуацию в целом, то выглядит все как подстава: Кирилл уж больно безучастно лежит на этом чертовом кожаном диване (который мы так и не смогли опробовать), лишь придерживая бедра девушки. А уж кому, как не мне знать, что Кирилл очень редко позволяет женщине в сексе руководить. Да и не только в сексе. Рядом с ним я ощущала себя спокойно и надежно, не задумываясь ни о каких проблемах, потому что Кир, как мой мужчина, всегда брал их решение на себя. Но это все лирика, я понимаю, что такие мысли крутятся в моей голове, потому что подсознательно я пытаюсь его оправдать, чтобы потом иметь возможность простить. Потому что люблю. Несмотря на то, что по ощущениям мне вонзили тупой ржавый нож в сердце и медленно его провернули.
Лицо своего теперь уже бывшего разглядеть не могу, так как он лежит ко мне спиной, и в данный момент я уж точно не хочу смотреть ему в глаза и искать ответы на этот его поступок. Сонечка тем временем стонать начинает все громче и закатывает глаза в удовольствии, Кирилл же не произносит ни звука, но это не имеет значения. Теперь уже нет.
Когда, судя по звукам, произносимым секретуткой, она близится к заветному оргазму, я наконец отмираю и пулей несусь к выходу. Яд обиды распространяется по венам, отравляя мое сердце.
