4
0Спросонья я не сразу сообразила, что этот номер принадлежит Антону Владимировичу.
«Наташа, прошу прощения, что так поздно! Тимур нашелся, не беспокойтесь. Здоровый и невредимый».
Заснула я с едва успокоившимся сердцем под россыпью фосфорного звездопада.
Глава девятнадцатая
На шумном заснеженном перроне толпились люди. У многих помимо тяжелых рюкзаков за спинами в руках были сноуборды и лыжи. Над вокзалом висело оранжевое закатное солнце. Снежинки летели с неба и мягко падали на щеки. Настроение было таким, какое оно обычно и бывает в канун Нового года: я чувствовала одновременно волнение и счастье, будто вернулась в детство. Вчера мы с Алиной побывали на «Щелкунчике», и праздничная торжественная атмосфера немного меня опьянила. Я не большая любительница театра, но с Алиной наш поход на «Щелкунчика» получился очень теплым и душевным. Перед спектаклем мы купили программки и взяли напрокат бинокли. Сидели на балконе среди нарядных и счастливых зрителей. И мы с Алиной были нарядными и счастливым. И даже, возможно, впервые в жизни похожими друг на друга. А после театра мы ехали в такси по вечернему подсвеченному городу. Вокруг горели фонари и гирлянды на деревьях. И от этих разноцветных огоньков голова шла кругом…
Конечно, было и то, что омрачало приближающийся праздник: наша ссора с Тимуром. Он по-прежнему не выходил со мной на связь. Наутро я написала ему сообщение, что нам срочно нужно встретиться перед моим отъездом и чтобы он нашел способ поговорить, но Макеев так и не появлялся в Сети. И сообщение мое сиротливо висело непрочитанным.
Еще издалека я заметила, что Антон Владимирович не один, а со своей девушкой. Сейчас, в нарядном лыжном костюме и белой вязаной шапочке, его пассия показалась мне прехорошенькой. И чего девчонки на нее наговаривали? Сами близняшки стояли неподалеку от сладкой парочки и метали в сторону Антона Владимировича и его девушки заинтересованные взгляды. Это даже хорошо, что географ пошел в поход с ней. Остальные поймут, что все случившееся с моими стихами, просто недоразумение, и скорее отстанут. Хотя, на удивление, никто особо ко мне и не лез. Конечно, Благовещенская еще некоторое время будет злорадствовать, но мне все равно. За зимние каникулы все забудется.
Девчонки, заметив меня, синхронно замахали руками. У близнецов была одна спортивная сумка на двоих, одинаковые красные куртки и черные лыжные брюки. Только варежки разные. Они тут же бросились ко мне, и я уже была готова к тому, что главной темой нашего разговора станут Антон Владимирович и его пассия. Так и вышло.
Снежана начала первой:
– Видела? Ты видела?
– Видела, видела, – отозвалась я.
Перрон шумел, снег под ногами пассажиров и провожающих уютно скрипел, яркое закатное солнце слепило глаза.
